Ближе к вечеру мне нужно встретиться с Кляйном для получения оставшихся денег для дальнейшего распределения по брокерам. После обеда с Паттерсоном эта встреча приобретала новое значение. Я должен стать еще осторожнее.
Окончание рабочего дня в «Харрисон Партнеры» всегда сопровождалось одной и той же картиной. Молодые клерки торопливо покидали свои столы, пряча утомленные от цифр глаза.
Старшие сотрудники задерживались чуть дольше, демонстрируя преданность делу. Телефоны звонили все реже, а стук пишущих машинок сменялся шелестом закрываемых гроссбухов и щелчками замков портфелей.
Я намеренно оставался за своим столом до последнего, уткнувшись в отчеты по Metropolitan National Bank. Оставленное утром предупреждение и напряженный обед с Паттерсоном требовали удвоенной осторожности.
Только после того, как ушел даже Джонсон, обычно сидевший допоздна, я собрал бумаги и покинул опустевший офис. Часы в холле показывали без четверти семь.
Выходя, я кивнул ночному охраннику, пожилому ирландцу, дремавшему на стуле у входа. Он заметил меня, машинально приподнял фуражку, даже не до конца проснувшись.
Вместо того чтобы сразу направиться к месту встречи с Кляйном, я начал выполнять отработанный маршрут уклонения от слежки. Первый пункт универмаг Гимбелс на Бродвее, огромный магазин с тремя выходами и постоянным потоком покупателей.
Я вошел через главный вход, неторопливо прошел мимо парфюмерного отдела, поднялся по лестнице на второй этаж, пересек мужской отдел и спустился по грузовому лифту с помощью дружелюбного служащего, у которого я регулярно «забывал» папу долларов в нагрудном кармане.
Выйдя через служебный ход, я оказался в узком переулке, тянувшемся параллельно Шестой авеню. Здесь я выждал пять минут, внимательно наблюдая за обоими концами переулка, затем быстро пересек улицу и вошел в небольшой ресторанчик «Луиджи», известный своими спагетти и удобным задним выходом.
Поприветствовав хозяина, я как бы между делом направился к уборным, а затем незаметно проскользнул через кухню к задней двери. Оказавшись снова на улице, я поймал такси, назвав водителю адрес в Гринвич-Виллидж.
— Сначала проедемте по Канал-стрит, пожалуйста, — попросил я, когда мы тронулись. — Я хочу взглянуть на витрины.
Водитель пожал плечами. Ему все равно, какой дорогой зарабатывать свои деньги. Это позволило мне убедиться, что за такси никто не следует.
Сделав еще несколько незапланированных поворотов и убедившись в отсутствии «хвоста», я наконец назвал настоящий адрес, угол Мюррей-стрит и Вест-Бродвей.
— Высадите меня за квартал, — попросил я водителя, когда мы подъехали к цели.
Расплатившись, я неторопливо двинулся по тротуару, останавливаясь у витрин и периодически оглядываясь, будто ищу определенный адрес. Удостоверившись, что район чист, я быстро свернул в узкий проход между зданиями и через черный ход вошел в неприметное кирпичное здание экспортно-импортной компании «Атлас Трейдинг».
— Добро пожаловать, мистер, — сообщил охранник, даже не поднимая головы от газеты.
Пройдя скрипучими коридорами, я обнаружил Кляйна в его обычном кабинете, заставленном бухгалтерскими книгами. Бруно, массивный итальянец с лицом профессионального боксера, стоял у окна, наблюдая за улицей.
— Герр Стерлинг, — педантичный немец поднялся из-за стола. — Мы ждали вас. Все готово.
Он указал на три одинаковых черных кожаных чемоданчика, стоявших на столе.
— Как и в прошлый раз, по четыреста тысяч в каждом, — Кляйн открыл один из них, демонстрируя аккуратные пачки банкнот. — Распределены согласно вашим инструкциям, купюры разных достоинств, от разных эмиссий, ни одной новой банкноты, никаких последовательных номеров.
Я проверил деньги, наугад вытянув несколько пачек и пересчитав их. Все в полном порядке. Один миллион двести тысяч долларов, готовых к инвестированию в UGI.
— Что с нашими новыми мерами предосторожности? — спросил я, указывая на стопку бумаг рядом с чемоданчиками.
— Обновленная система связи, — ответил Кляйн, протягивая мне несколько листов. — Новые кодовые слова, новые контактные точки, новые телефонные будки. Никакого повторения прежних паттернов.
Я просмотрел документы, оценивая измененную схему взаимодействия. Она была безупречна. Кляйн с немецкой тщательностью продумал каждую деталь.
— А что насчет людей Безумного Джо? — поинтересовался я.
Бруно отвернулся от окна.
— Мистер Мэдден передал привет Сальтису, — сказал он своим низким голосом. — Со всем уважением. — Губы Бруно слегка изогнулись в усмешке, демонстрируя, что «уважение» было выражено весьма недвусмысленно.
— Думаю, нам какое-то время не стоит беспокоиться о Безумном Джо, — добавил Кляйн. — Но все равно рекомендую соблюдать меры предосторожности. Наши конкуренты могут быть не только из преступного мира.
Я кивнул, понимая намек. Если за мной следят, то это могут быть люди Паттерсона, Харрисона или даже Continental Trust.
— Мистер Мэдден посоветовал взять это, — Бруно протянул мне небольшой сверток.
Развернув его, я обнаружил компактный револьвер системы Смит-Вессон с коротким стволом.
