— Часто самые большие опасности скрываются за самыми радужными перспективами, — ответил я. — Роль финансового советника не только в том, чтобы указывать на возможности, но и предупреждать о рисках. Особенно когда все вокруг слишком оптимистичны.
— Именно поэтому отец так заинтересовался вами, — кивнул Дэвид. — В определенном возрасте начинаешь больше ценить сохранение капитала, чем рискованные возможности его увеличения.
— А ваша позиция? — спросил я, изучая его реакцию.
— Я ищу баланс, — он задумчиво посмотрел вдаль. — Наша империя должна и расти, и сохранять устойчивость. После смерти матери отец стал более склонен к размышлениям о вечном. Но оперативное управление лежит на моих плечах, и я не могу позволить себе такую роскошь.
— Думаю, это здоровый подход, — заметил я. — Баланс между смелыми идеями и разумной осторожностью. Мои рекомендации будут учитывать обе перспективы.
К полудню мне предстояло отправиться обратно в Нью-Йорк. На прощание Роквуд-старший пожал мне руку с неожиданной теплотой.
— До встречи, мистер Стерлинг. И помните, что я сказал о деньгах и наследии.
— Обязательно, сэр, — я поклонился. — Это была честь для меня.
Дэвид проводил меня до автомобиля:
— Контракт у вас. Просмотрите его внимательно. Если условия вас устраивают, привезите подписанный экземпляр во вторник.
— Непременно, — я пожал ему руку. — Благодарю за гостеприимство и доверие.
Когда автомобиль выехал на главную дорогу, я позволил себе глубоко вздохнуть. Визит прошел даже лучше, чем я ожидал.
Я не только получил доступ к одной из крупнейших финансовых империй Америки, но и заложил основу для глубокого влияния на их инвестиционную стратегию. Это давало мне невероятные возможности для подготовки к Великой депрессии.
Во время поездки я просмотрел контракт. Условия впечатляющие.
Базовый гонорар в сто тысяч долларов в год плюс пять процентов от прибыли по моим рекомендациям. Для нынешнего времени это невероятно щедрое предложение. Кроме того, контракт предусматривал полную конфиденциальность и широкие полномочия в вопросах инвестиционной стратегии.
Я сделал несколько пометок на полях. Мелкие корректировки, которые следовало обсудить, не столько для улучшения условий, сколько для демонстрации внимательности к деталям.
Сам факт заключения формального контракта говорил о серьезности намерений Роквудов. Многие финансовые отношения в нынешние времена строились лишь на устных договоренностях и доверии.
Предстояло много работы. Нужно подготовить детальный анализ их инвестиционного портфеля, разработать стратегию диверсификации и защиты активов, и все это не вызывая подозрений слишком точными предсказаниями.
Я задумался о позиции Роквуда-старшего относительно благотворительности. Его искреннее желание создать долговечное наследие находило отклик во мне. Возможно, это путь не только к спасению капитала во время краха, но и к спасению тысяч людей от его последствий.
По мере приближения к Нью-Йорку, я мысленно составлял план действий на ближайшие дни:
1. Подготовить анализ портфеля Роквудов.
2. Разработать стратегию защиты их активов от грядущего краха.
3. Создать схему для благотворительных инвестиций, которые одновременно защитят капитал и принесут пользу.
4. Проанализировать взаимодействие с Continental Trust, с учетом достигнутого между нами соглашения о перемирии. Их интерес ко мне становился все более явным.
Автомобиль въехал в город, когда начинало темнеть. Небоскребы Манхэттена светились огнями на фоне вечернего неба.
Я испытывал странное чувство, смесь удовлетворения от достигнутого успеха и тревоги из-за все возрастающей сложности игры, в которую оказался вовлечен.
Роквуды, Continental Trust, Мэдден, Лучиано, все эти мощные силы теперь так или иначе связаны со мной. Я выстраивал защиту от надвигающегося шторма, но эта самая защита могла стать источником новых опасностей.
— Приехали, сэр, — водитель прервал мои размышления.
Мы остановились у моего дома. О’Мэлли уже ждал на крыльце, его массивная фигура легко узнавалась даже в сумерках.
— Благодарю вас, — я вышел из автомобиля и направился к дому.
О’Мэлли встретил меня с привычным непроницаемым выражением лица:
— Как прошла поездка, босс?
— Лучше, чем я мог ожидать, Патрик, — я улыбнулся. — Еще одна фигура на нашей шахматной доске. И какая фигура…
Я поднялся по ступеням, чувствуя, как стратегия моей игры обретает все более четкие очертания. Нефтяная империя Роквудов становилась мощным союзником перед надвигающейся бурей.
И впервые с момента моего появления в этом времени я начал думать не только о личном выживании и обогащении, но и о возможном влиянии на сам ход истории.
Мой кабинет в офисе «Стерлинг, Харрисон и Партнеры» светился золотом утреннего солнца.
Я сидел за массивным столом красного дерева, просматривая окончательные документы нового инвестиционного траста. Три стопки бумаг, три отдельных юридических лица, каждое со своим набором учредительных документов, протоколов, банковских счетов и списком подставных директоров.
