— В ткацком цехе создаем четыре специализированные зоны: подготовка основы, заправка станков, непосредственно ткачество и контроль качества. Каждый рабочий становится экспертом в своей области.
О’Салливан нахмурился, изучая схему:
— Мистер Стерлинг, но ведь наши ткачи умеют делать все операции. Зачем ограничивать их знания?
— Патрик, специализация повысит производительность на сорок процентов, — объяснил я. — Рабочий, который целый день занимается только заправкой станков, делает это гораздо быстрее и качественнее, чем тот, кто отвлекается на другие задачи.
Райли внимательно изучал техническую часть схемы:
— А как быть с транспортировкой материалов между зонами? Сейчас каждый рабочий сам приносит то, что ему нужно.
— Отличный вопрос! — Я указал на пунктирные линии на чертеже. — Устанавливаем систему роликовых транспортеров. Материал движется от станции к станции без участия основных рабочих.
Все четверо уставились на меня с изумлением. Роликовые транспортеры в текстильной промышленности были абсолютной новинкой для 1930 года.
— Роликовые… что? — переспросила миссис Маккартни.
— Представьте себе серию металлических роликов, по которым катятся тележки с материалом, — объяснил я. — Рабочий в первой зоне кладет обработанный материал на тележку, слегка толкает ее, и она сама катится к следующей станции.
Лоренс почесал затылок:
— Мистер Стерлинг, а где вы видели такие устройства? Я тридцать лет в текстильной промышленности, но о подобном не слышал.
— Томас, читал об экспериментах в автомобильной промышленности. Генри Форд использует похожие принципы на своих заводах, — соврал я, не моргнув глазом. — Решил адаптировать эту идею для текстиля.
На самом деле конвейерные линии появятся в текстильной промышленности только в 1940-х годах, но никто из присутствующих этого не знал.
— Второе нововведение — система качественного контроля на каждом этапе, — продолжил я. — Вместо проверки готовой продукции в конце процесса, контролируем качество после каждой операции.
Я достал вторую схему, показывающую контрольные точки:
— В прядильном цехе проверяем толщину и прочность нити каждые полчаса. В ткацком — плотность переплетения каждые два часа. Это позволит выявлять дефекты немедленно, а не после производства целой партии бракованной ткани.
Миссис Маккартни кивала с пониманием:
— Это разумно. Сейчас мы иногда обнаруживаем проблемы только к концу смены, и приходится переделывать всю дневную работу.
— Вот именно! А для контроля качества внедрим специальные измерительные приборы, — я указал на схему. — Микрометры для точного измерения толщины нити, тензометры для проверки прочности, специальные лупы для выявления дефектов переплетения.
Райли внимательно изучал техническую документацию:
— Мистер Стерлинг, а где приобрести такие приборы? В Патерсоне подобного оборудования не найти.
— Часть закажем в Филадельфии у производителей научных инструментов, часть изготовим сами в нашей механической мастерской, — ответил я. — У вас есть все необходимые навыки для создания простых измерительных устройств.
Это была правда, Райли действительно обладал талантом механика-изобретателя, способного создавать сложные устройства из подручных материалов.
— Третье нововведение — система ротации рабочих мест, — продолжил я. — Каждый рабочий раз в месяц переходит на другую специализацию в рамках своего цеха.
О’Салливан выглядел озадаченным:
— Но ведь вы только что говорили о важности специализации…
— Патрик, ротация предотвратит переутомление от монотонной работы и даст рабочим более широкие навыки, — объяснил я. — Плюс в случае болезни или отпуска любого сотрудника мы легко найдем замену.
Лоренс записывал мои предложения на листе бумаги:
— А как организовать обучение? Переход с одной специализации на другую требует времени.
— Мы создадим систему наставничества. Опытные рабочие обучают новичков, получая за это дополнительную плату. Период адаптации — одна неделя на каждую новую специализацию.
Я указал на четвертую схему, план реорганизации рабочего пространства:
— И наконец, четвертое нововведение — эргономическая организация рабочих мест. Каждый станок, каждое рабочее место оптимизируется для максимального удобства и минимальной усталости работника.
— Эрго… что? — переспросила миссис Маккартни.
— Эргономика наука о приспособлении рабочего места к потребностям человека, — объяснил я, используя термин, который войдет в широкое употребление только через двадцать лет. — Правильная высота стола, удобное кресло, оптимальное освещение, рациональное размещение инструментов.
Я указал на детали схемы:
— Смотрите: регулируемые по высоте стулья для ткачей, дополнительные светильники над каждым станком, специальные ящички для инструментов в пределах вытянутой руки. Небольшие изменения, но они сократят усталость на тридцать процентов.
Райли восхищенно покачал головой:
— Мистер Стерлинг, откуда у вас такие знания? Это же совершенно новый подход к организации производства!
