McDonald’s еще не существовала, но братья Макдональд уже экспериментировали с ресторанным бизнесом в Калифорнии. Через контакты планировал найти их и профинансировать развитие. Полмиллиона долларов за будущую империю быстрого питания. Стать их Рэем Кроком, только гораздо раньше.
Что там еще? Пункт шесть. Розничная торговля:
Sears, Roebuck and Company доминировала в каталожной торговле, но скоро откроет сеть универмагов. Двенадцать миллионов на увеличение доли. Параллельно с магазинами Фуллертона.
Небольшая сеть Woolworth’s со временем покроет всю Америку. Пять миллионов долларов на расширение присутствия.
Дальнейшие пункты. Фармацевтика:
Johnson Johnson производила пластыри и бинты, но скоро займется серьезной фармацевтикой. Шесть миллионов долларов на стратегическую долю.
Pfizer была маленькой химической компанией, производящей лимонную кислоту. Антибиотики сделают ее гигантом. Четыре миллиона за значительный пакет.
Так, вот и забавы. Развлечения и спорт:
Walt Disney только начинал экспериментировать с анимацией. Микки Маус появится через год, а Диснейленд через двадцать пять лет. Один миллион долларов за долю в будущей империи развлечений.
Небольшие бейсбольные клубы можно покупать за десятки тысяч долларов. New York Yankees, Boston Red Sox, Chicago Cubs, все они станут стоить сотни миллионов. Я планировал потратить пять миллионов на покупку нескольких команд.
Что еще? Ах да, недвижимость:
Земельные участки в будущих центрах городов торговались за бесценок. Лос-Анджелес, Майами, Лас-Вегас — пустынные области, которые превратятся в мегаполисы. Двадцать миллионов долларов на стратегические земельные банки.
Особенно интересовала Калифорния. Кремниевая долина пока была фруктовыми садами, но через шестьдесят лет станет центром высоких технологий. Три миллиона на покупку больших участков в районе Пало-Альто и Сан-Хосе.
Отсюда же вытекает внимание к строительству и материалам.
Caterpillar Tractor Company производила сельскохозяйственную технику, но скоро займется строительным оборудованием. Пять миллионов за стратегическую долю.
U. S. Steel переживала трудности, но военная экономика возродит спрос на металл. Восемь миллионов на увеличение позиций.
Я отложил ручку и подсчитал итоговые суммы. Сто шестьдесят миллионов долларов на стратегические приобретения будущих гигантов. Оставшиеся десять миллионов я, пожалуй, буду держать в резерве для неожиданных возможностей.
План был дерзким, но выполнимым. Главное действовать осторожно, не привлекая чрезмерного внимания к масштабам операций. Через подставные компании, доверенных лиц, международные холдинги. К 1940 году я буду контролировать значительные доли в десятках крупнейших корпораций Америки.
Конечно, некоторые инвестиции не оправдают ожиданий, а некоторые компании так и не достигнут прогнозируемых высот. Но даже если половина планов провалится, оставшаяся половина принесет прибыль в тысячи процентов.
Я аккуратно сложил документы обратно в папку и запер сейф. До рождественских каникул оставалось несколько дней, как раз достаточно времени, чтобы начать реализацию самого амбициозного инвестиционного плана в истории.
Будущее Америки лежало на моей ладони в виде списка компаний, и я собирался купить его по бросовым ценам.
Январское утро 1930 года встретило меня пронизывающим холодом и безоблачным небом над Патерсоном. Автомобиль легко скользил по расчищенным от снега дорогам, а за окнами мелькали постепенно оживающие после праздничного затишья улицы.
Новый год принес с собой ощущение возможностей. Экономический кризис продолжал терзать страну, но наша фабрика готовилась стать островком процветания в море разорения.
— Босс, — сказал Мартинс, поглядывая в зеркало заднего вида, — тот серый «Ford» третий квартал следует за нами. Заметили его еще у моста через Гудзон.
Я обернулся. Действительно, серый автомобиль держался на почтительном расстоянии, но маневры наблюдения были слишком очевидными для профессионала.
— Скорее всего, федералы, — заметил О’Мэлли, поправляя револьвер под мышкой. — В последнее время внимание к нам только усилилось.
Рядом с ирландским великаном сидел наш новый человек, Винни «Коротышка» Салливан. Бывший сержант 77-го пехотного полка, прошедший через все кровавые баталии Аргонского леса, теперь служивший третьим телохранителем.
Ростом едва достигал пяти футов шести дюймов, но плечи имел как у дока. Под зимним пальто угадывались мышцы, натренированные годами войны и послевоенной работы грузчиком в порту Нью-Йорка.
— Эй, господа, — Винни оскалился в широкой улыбке, демонстрируя золотой зуб, — а что если эти федеральные мальчишки захотят прокатиться с ветерком? У меня в кармане еще остались сувениры из Франции.
Он похлопал по выпуклости в правом кармане пальто. Зная Винни, это могло быть что угодно, от немецкой гранаты до французского штыка, которые он коллекционировал как память о «хороших временах», когда «все было ясно, кто враг, а кто друг».
