— Разнообразный, — Эллиотт отпил кофе и открыл первую папку. — Мелкие торговцы, которые боялись доверять деньги крупным банкам после краха. Ремесленники, получившие заказы на восстановительные работы. Несколько фермеров из окрестностей Бруклина.
Он показал мне список имен с суммами вкладов. Средний размер депозита составлял около двух тысяч долларов — скромно по меркам Манхэттена, но солидно для рабочих районов.
— А что с программой микрокредитования?
— Выдано двенадцать кредитов на общую сумму четырнадцать тысяч долларов, — Эллиотт перешел ко второй папке. — Средний размер тысяча двести долларов под восемь процентов годовых.
Восемь процентов — революционно низкая ставка для того времени, когда большинство банков требовали пятнадцать-двадцать процентов. Но я рассчитывал не на прибыль от процентов, а на создание лояльной клиентской базы.
— Расскажите о конкретных случаях.
Эллиотт достал отдельную папку с подробными досье заемщиков.
— Джеймс О’Коннор, ирландский иммигрант, потерял работу грузчика в порту. Взял кредит в восемьсот долларов на покупку тележки и лошади для торговли овощами. Уже вернул первые пятьдесят долларов.
— Хорошо. Продолжайте.
— Мария Гонсалез, вдова с тремя детьми. Муж погиб на стройке в сентябре. Получила тысячу долларов на открытие швейной мастерской в собственном доме. Показывает отличные результаты, уже набрала пять постоянных клиенток.
Каждая история была драмой выживания в эпоху краха. Люди, потерявшие все, цеплялись за любую возможность начать заново. Мой банк давал им эту возможность.
— А проблемные случаи?
— Пока минимальные, — признал Эллиотт. — Один фермер задержал платеж на неделю из-за плохой погоды. Но предупредил заранее и внес дополнительное обеспечение.
Я встал и подошел к окну, откуда открывался вид на оживленную Стоун-стрит. Внизу сновали люди, многие с портфелями и деловыми бумагами. Финансовый район постепенно возвращался к жизни, хотя и в гораздо более скромных масштабах.
— Томас, готовы ли мы к запуску программы для малого бизнеса?
— Да, сэр. Я подготовил критерии оценки заявок и обучил сотрудников новым процедурам.
Программа кредитования малого бизнеса — моя особая гордость. Кредиты от пяти до двадцати тысяч долларов под десять процентов годовых для восстановления небольших предприятий. Революционные условия, которые крупные банки сочли бы безумными.
В этот момент в дверь постучали. Вошла мисс Картер, новая секретарша, элегантная женщина лет тридцати с каштановыми волосами, уложенными в модную прическу боб, и умными зелеными глазами за очками в тонкой оправе.
— Мистер Стерлинг, первый клиент по программе малого бизнеса ожидает в приемной. Мистер Патрик Флэннери, владелец слесарной мастерской.
— Пригласите его, — попросил я.
Патрик Флэннери оказался крепким ирландцем лет сорока с мозолистыми руками мастерового и честными голубыми глазами. Его рабочий костюм был заплатан, но чист, а кепка в руках выдавала волнение перед важной встречей.
— Мистер Стерлинг, — произнес он с легким ирландским акцентом, — слышал, что ваш банк помогает простым людям. Правда ли это?
— Присаживайтесь, мистер Флэннери, — я указал на кресло напротив стола. — Расскажите о вашем деле.
— Тридцать лет занимаюсь слесарным ремеслом, — он сел на край кресла, явно не привыкший к роскошной обстановке. — Мастерская в Бруклине, делаю замки, ремонтирую металлические изделия, кую подковы для немногих оставшихся лошадей.
Эллиотт открыл новую папку и начал делать записи.
— А в чем проблема? — спросил я.
— После краха заказов стало в три раза меньше. Людям не до новых замков, когда хлеба не хватает. Пришлось уволить двух подмастерьев, продать половину инструментов.
Флэннери достал из кармана мятый лист бумаги с расчетами, сделанными карандашом.
— Но есть возможность. Городские власти объявили программу восстановления мостов и общественных зданий. Нужны металлические конструкции, перила, решетки. Заказ на восемь тысяч долларов.
— И что требуется от банка?
— Пять тысяч долларов кредита на закупку металла и возвращение подмастерьев. Обещаю вернуть с процентами за полгода.
Я изучил его расчеты. Цифры выглядели реалистично, а муниципальный заказ гарантировал оплату. При текущих банковских стандартах такой кредит мелкому ремесленнику получить было невозможно.
— Мистер Флэннери, какое обеспечение можете предоставить?
— Мастерскую и оборудование, — он протянул документы о собственности. — Оценка семь тысяч долларов. Плюс гарантию от священника нашего прихода.
Гарантия священника — трогательная деталь, показывающая, насколько серьезно ирландец относится к взятым обязательствам.
— Томас, каково ваше мнение? — обратился я к управляющему.
Эллиотт быстро просмотрел документы.
— Обеспечение достаточное, муниципальный контракт надежен, репутация заемщика безупречная. Рекомендую одобрить кредит.
— Мистер Флэннери, — сказал я, протягивая ирландцу руку, — кредит одобрен. Пять тысяч долларов под десять процентов годовых. Деньги поступят на ваш счет завтра утром.
Лицо Флэннери преобразилось. Суровый мастеровой чуть не прослезился от радости.
