Адамс поднял бокал с шотландским виски:
— А информационная кампания?
— Журналисты получат материалы одновременно в одиннадцать ноль-ноль, — объяснил я. — «New York Times», «Wall Street Journal», «Washington Post», «Boston Globe». Документы о связях Continental Trust с сомнительными операциями, фотокопии писем, банковские справки.
Бейкер изучал график операций:
— Уильям, а если они попытаются заблокировать наши счета через регуляторов?
— Для этого у них должны быть веские основания, — ответил я. — А мы действуем строго в рамках закона. Все операции оформлены правильно, все лицензии получены, налоги уплачены.
Харрис добавил:
— К тому же, завтра их собственные офисы будут заняты федеральными агентами. Им будет не до нас.
Часы на камине пробили полночь. До начала операции оставалось девять с половиной часов.
— Джентльмены, — сказал я, наливая коньяк из хрустального графина, — финальные инструкции. Бейкер координирует биржевые операции из нашего торгового зала. Маккарти обеспечивает связь между всеми участниками. О’Мэлли руководит безопасностью. Винни поддерживает контакт с Синдикатом. Адамс координирует юридические действия.
Каждый получил запечатанный конверт с детальными инструкциями и кодовыми словами для экстренной связи.
— А если что-то пойдет не так? — спросил О’Мэлли.
— Тогда сработает план отхода, — ответил я. — Все документы уничтожаются, подставные компании ликвидируются, участники получают новые документы и покидают страну через наши европейские каналы.
Но я был уверен, что такой сценарий не понадобится. Continental Trust попался в ловушку собственной самоуверенности.
Когда гости разъехались, я остался один в опустевшем доме. Огонь в камине почти погас, оставляя только тлеющие угли, которые бросали причудливые тени на стены. За окнами шумел ночной ветер, качая голые ветви дубов.
Я и сам не заметил, как часы пробили два ночи. Через семь с половиной часов начнется битва, которая решит не только судьбу Continental Trust, но и мою собственную. Если операция провалится, меня ждут тюрьма или смерть. Если удастся, я стану одним из самых влиятельных финансистов Америки.
Но дело не в деньгах и не во власти. Дело в справедливости.
Я встал, погасил последние угли в камине и поднялся в спальню.
Continental Trust не знал, что через несколько часов их империя начнет рушиться. Они думали, что запугали молодого финансиста угрозами и убийством журналистки. Они ошибались.
Я лег в постель, но сон не шел. В голове крутились цифры, имена, временные интервалы. Восемь миллионов долларов первой атаки. Двенадцать подставных компаний. Пятнадцать целей. Сорок пять минут на полный разгром противника.
За окном начинал брезжить рассвет, когда я наконец заснул. Приснилась Элизабет, она стояла на Бруклинском мосту и смотрела на восходящее солнце над Манхэттеном.
— Алекс, — сказала она, не оборачиваясь, — ты готов?
— Готов, — ответил я во сне.
— Тогда начинай. Они должны ответить за все. За отца Стерлинга, за Риверса. За меня.
Я проснулся в половине шестого утра. До начала операции оставалось два часа.
Первые лучи февральского солнца пробивались сквозь тяжелые занавески моего кабинета, когда я вошел в Merchants Farmers Bank. Часы на стене показывали шесть утра.
До открытия Нью-Йоркской фондовой биржи оставалось три с половиной часа. Время подготовки к самой масштабной финансовой атаке в истории американского капитализма.
Патрик О’Мэлли уже ждал меня в кресле напротив моего стола, массивная фигура бывшего боксера казалась напряженной как пружина. В руках у него папка с документами, а на лице выражение, которое я видел у него только перед самыми опасными операциями.
— Доброе утро, босс, — произнес он, поднимаясь с кресла. — Все готово. Двенадцать подставных компаний активированы от Бостона до Сан-Франциско. Каждая получила телеграфные инструкции в половине пятого утра.
Я опустился в кожаное кресло за своим столом из красного дерева.
— Детали, Патрик, — сказал я, открывая верхний ящик стола и доставая список из пятнадцати компаний, связанных с Continental Trust.
О’Мэлли развернул на столе большую карту Соединенных Штатов с отмеченными красными кружками городами. Каждый кружок означал место, где действовала одна из наших подставных компаний.
— Hudson Valley Mining в Олбани держит пакет акций American Steel на двести тысяч долларов, — начал он, указывая пальцем на карту. — Berkshire Investment из Спрингфилда контролирует облигации Continental Shipping на триста пятьдесят тысяч. Philadelphia Trust Company держит акции Consolidated Railways на полмиллиона долларов.
План атаки напоминал часовой механизм швейцарских мастеров. Каждая подставная компания получила строгие инструкции: начать массовые продажи акций ровно в девять тридцать утра, когда откроется торговая сессия. Одновременный сброс акций пятнадцати компаний должен вызвать панику среди мелких акционеров и обрушить курсы.
