Я изучил чертежи внимательнее. Центральное здание с современными лабораториями, библиотека технической литературы, даже небольшой аэродром для связи с удаленными месторождениями.
— А кадры? Европейцы не будут сидеть сложа руки, если мы начнем переманивать их специалистов.
— У меня есть связи в Кембридже и Геттингене, — Роквуд указал на список имен в папке. — Профессор Хансен из Дании, ведущий специалист по сейсмической разведке. Доктор Мюллер из Германии разрабатывает новые методы каталитического крекинга. Оба недовольны ограничениями, которые накладывают на их исследования европейские компании.
— Предлагаете их переманить?
— Предлагаю дать им свободу творчества и неограниченное финансирование, — усмехнулся Роквуд. — Ученые ценят это больше, чем корпоративную политику.
Разговор перешел к политическим аспектам нашей борьбы. Роквуд достал из сейфа конфиденциальную переписку с людьми из окружения избранного президента.
— Барух уже заинтересовался нашими идеями о стратегических резервах, — сообщил он. — Президент понимает, что Америка не может зависеть от импорта энергоносителей в случае международного кризиса. Вы же знакомы с Барухом? Я прошу вас встретиться с ним в ближайшее время.
— Конечно, я свяжусь с ним сразу, как только приеду в Нью-Йорк, — ответил я. — А что насчет Конгресса? Сенаторы любят экономить на оборонных расходах в мирное время.
— Здесь нам поможет наш альянс, — Роквуд указал на список участников, составленный после дневной встречи. — Фоллетт имеет связи в Техасе, Ли влиятелен в Луизиане, Филлипс контролирует Оклахому. Вместе мы представляем интересы полудюжины штатов.
Огонь в камине потрескивал. На стене плясали языки пламени.
— Дэвид, есть еще один аспект, который мы должны учитывать, — сказал я, понизив голос. — Международная ситуация становится все более напряженной. Европа движется к большому конфликту.
Роквуд поднял брови.
— Уильям, вы уже несколько раз говорили про это. Вы имеете в виду растущую агрессивность Германии? Или проблемы в Восточной Азии?
— И то, и другое. Плюс экономические противоречия между европейскими державами. — Я подошел к карте и обвел Германию карандашом. — Когда начнется война, а она начнется, американская нефть станет стратегически важным ресурсом.
— Вы говорите так уверенно, словно уже видели будущее, — заметил Роквуд с любопытством.
— Просто анализирую тенденции, — уклончиво ответил я. — Версальская система неустойчива. Германия не смирилась с поражением. Рано или поздно произойдет взрыв.
Роквуд задумчиво покрутил коньяк в стакане.
— И когда этот взрыв произойдет, наша нефть будет нужна союзникам Америки больше, чем европейские технологии — нам.
— Именно. Поэтому важно сейчас заложить основы энергетической независимости.
В этот момент в библиотеку вошел дворецкий, пожилой джентльмен с безупречными манерами.
— Мистер Роквуд, пришла срочная телеграмма из Нью-Йорка.
Роквуд взял телеграмму и прочитал, нахмурившись.
— Что случилось? — спросил я.
— Ваш помощник Бейкер сообщает, что Морган активизировался, — ответил он, протягивая мне телеграмму. — Европейские банки начали скупать акции американских железнодорожных компаний. Возможно, готовят ответный удар.
Я прочитал сообщение Бейкера: «Необычная активность на рынке транспортных акций. Крупные покупки через швейцарские банки. Рекомендую срочное возвращение».
— Похоже, наши европейские друзья не намерены сдаваться, — констатировал я. — Мне нужно вернуться в Нью-Йорк.
— Когда хотите выехать?
— Завтра утром. Чем быстрее, тем лучше.
Роквуд задумался, потом внезапно улыбнулся.
— У меня есть идея. Я привез вас сюда на самолете и увезу обратно точно так же. Знакомый предложил воспользоваться частным самолетом для срочных перелетов. Опытный пилот, недавно получивший лицензию на дальние рейсы.
— Это быстрее поезда?
— В два раза. Плюс не нужно беспокоиться о расписании и остановках. — Роквуд подошел к телефону. — Сейчас договорюсь. Самолет может быть готов к девяти утра.
Пока он говорил по телефону, я думал о предстоящем возвращении. Война с европейским картелем переходила в новую фазу, и мне нужно быть в центре событий.
— Все улажено, — сообщил Роквуд, кладя трубку. — Завтра в девять утра на аэродроме. Уверен, вы найдете общий язык с пилотом. Говорят, это настоящий ас.
— Благодарю за организацию, — сказал я, допивая коньяк. — А теперь предлагаю отдохнуть. Завтра будет долгий день.
Поднимаясь в гостевую комнату, я думал о том, какими неожиданными путями развивается противостояние с Морганом. За окном в ночной тишине Талсы слышалось мерное гудение нефтяных насосов.
Утренний туман еще не рассеялся над частным аэродромом в окрестностях Талсы, когда «Паккард» Роквуда подъехал к невысокому деревянному зданию диспетчерской. Воздух был свежим и прохладным, пахнул авиационным бензином и машинным маслом, ароматами, которые всегда сопровождали храмы современной авиации.
— Вот мы и прибыли, — сказал Роквуд, когда шофер заглушил двигатель. — Самолет должен быть готов к вылету.
