– Пусть работают, – сказала Юлия, – наша задача не пускать их на работу утром и с работы вечером. Мы тоже поставим свое кольцо из оранжевых. Первое кольцо омоновцев, второе – наше. Чем плохо? А колотить не обязательно в гильзы, можно и в пустые железные бочки. Двухсотлитровые. К тому же одну бочку можно распилить на две. И колотить металлическими прутьями: звук будет на десять километров. Бочки мы купим. А то и так возьмем: я пошлю бригаду с полевым командиром на базу. А еще лучше, если Петр Пирамидонович распорядится, у него этих бочек много.
– Мне это нетрудно, – сказал Пердушенко, несколько завидуя Юлии, которая быстро находила выход из любого положения.
– Прикажи доставить бочки на Майдан Независимости и распилить их сегодня же. А я возьму пятьсот долларов и с ребятами пойду покупать цветы.
– Для чего цветы? – спросил советник Майкл.
– Для подарков тем, кто охраняет правительство Яндиковича и президента. Бедные ребята стоят на морозе, не шелохнувшись: ни попить, ни пописать, стой как истукан. Мне жалко ребят, они ведь тоже наши. Мы им сочувствуем, а они нам. Ведь никто из них ни разу не замахнулся на наши мирные устремления.
Она тут же поехала на Майдан Независимости, собрала полевых командиров и провела с ними надлежащий инструктаж.
– Друзья мои! – начала она, ласково поглядывая на молодых ребят в оранжевых куртках. – Родина требует от каждого из нас максимального напряжения сил. Каждый из вас уже многое сделал для того, чтобы поднять престиж государства на недосягаемую высоту. Нет такого уголка на земном шаре, где бы не знали, не видели по телеканалам, что творится в нашей вильной Украине. И человечество уже откликается на наш энтузиазм. Президент Грузии уже прислал своих ребят с грузинскими флагами, должны приехать делегации из Прибалтики. Корреспонденты радио, телевидения, газет и журналов уже на площади. Из восьмидесяти стран. Мы им платим и их содержим. На каждое ваше лицо где-то кто-то смотрит и восхищается им, в особенности, как вы скандируете.
– Так нас обучали этому, – сказал Гнилозубко.
– Да, я могу это подтвердить, – произнес Долгоносик, чтобы не отстать от товарища.
– Пожалуйста, не перебивайте, я в курсе, – нахмурилась Юлия. – Так вот, друзья мои! Обстановка требует, чтобы мы удлинили рабочий день, иначе мы не добьемся поставленной цели.
– Тогда увеличьте жалованье, – сказал полевой командир Цветоед.
– Не жадничайте, вам и так платят по пятьдесят долларов в день. С нынешнего дня начнем работать с восьми утра и до одиннадцати вечера. Этого требуют интересы революции. С восьми утра и до восемнадцати вечера работаем у здания правительства, Верховной Рады и Администрации президента. А потом дружно идем колонной на площадь Независимости. А теперь нам необходимо избрать командиров дивизий.
– Под названием «Галичина», – сказал Цветоед.
– Пусть будет «Галичина». Сто тысяч в каждой дивизии. Сегодня подают жалобу в Верховный суд. К зданию Верховного суда одну дивизию во главе с командиром. Только поставьте подальше, чтоб им не мешать. Судьи Верховного суда – наши люди, они должны вынести справедливое решение, а справедливым называется только то решение, которое вынесено в нашу пользу: признание победы Яндиковича недействительным или сфабрикованным. В шесть часов плотный обед и все на майдан. На майдане концерт, выступление и ваши восторженные бурные приветствия. Сегодня я уговорю лидера нации выйти на высокую трибуну.
– Что-то его давно не было, он что, болеет? – спросил кто-то из полевых командиров.
– Что вы! Он здоров как бык. Просто сегодня приехали из Евросоюза и из Польши, все они собрались у Кучумы, что-то там решают. Но это так, для отвода глаз. Нам надо купить цветы. Мы раздадим их омоновцам, что охраняют Дом правительства.
– Еще цветы им, как бы не так! – возмутился командир дивизии «Галичина» Долгоносик.
– Цветы – это признак мирного развития нашей революции. Нам неважно, как будут реагировать омоновцы, нам важно, чтоб это было заснято на телекамеры и показано по всему миру. А потом, нельзя стрелять в людей с цветами в руках. Кто знает, какую команду может дать этот Белый Конь или сам Кучума. Видите, он не решился даже вызвать войска на подавление оранжевой революции. Первые дни мы будем держать осаду, а потом прорвемся внутрь и будем уносить чиновников вместе с креслами и выкидывать на улицу, освобождая места, которые должны занять достойные люди.
– Я хочу стать министром МВД, – сказал командир дивизии Долгоносик.
Президент Кучума, похожий на древнего кавказского старца, которого все еще уважают за его старость, но никто не слушает ни его советов, ни его решений, все время проводил заседание Совета безопасности с участием всех силовых структур государства. На этих совещаниях всегда принималось одно и то же важное государственное решение – усилить охрану важных государственных объектов, к коим относятся кабинет министров, администрация президента и некоторые другие объекты.
