Это в самом деле был выход. Если, конечно, Шон не будет против. Наверное, стоило его спросить. Но тогда он точно отказал бы. Дэм положил локти на стол и обернулся ко мне.
— Ладно. А мне можно с тобой?
— Зачем же? Где ты будешь спать?
— На стульях… Какие проблемы? Итан, я один дома боюсь, — сказал мальчик и хитро прищурился.
— Ты? Насколько я помню, ты не побоялся на кладбище ночью пойти. И этого вашего… авторитета в толчок носом окунуть… или с директором спорить. И ты утверждаешь, что боишься быть один в комнате?
Дэмиэн пожал плечами. Он не врал. Он действительно не любил оставаться дома один. Он не боялся, нет. Все-таки в сентябре тринадцать, не маленький уже. Он просто не любил сидеть один в огромном доме. Когда Дэм был маленький, ему тоже случалось оставаться одному. Райан уезжал на какие-то переговоры, а Дэм умолял Райана не звонить няне. Иногда дядя действительно оставлял его ночевать одного. Тогда комната Дэмиэна была еще на первом этаже, и он закрывал глаза, если ночью ему вдруг нужно было зайти в туалет. Коридор был длинный, а на его длинную дорожку крестами отражались пластиковые рамы за таинственно-белым лунным светом. Иногда за ними еще шевелились деревья, колеблемые ветром. Почему-то эти деревья меньше всего были похожи на деревья, но зато они ужасно походили на огромных чудовищ с изогнутыми лапами, бьющими прямо в окна. Дэмиэн отворачивался, зажмуривался, даже уши закрывал и бегом добирался до уборной. Потом он мчался в свою комнату и с головой забирался под одеяло. И хотя сердце у него колотилось, он радовался, что он один, и с ним никто не сидит.
— Кладбище… А я тебе рассказывал, как я дома у себя один ночевал? Сердце выскакивало… — усмехнулся Дэмиэн. Историю с кладбищем он считал ужасно глупой.
Это случилось, когда в Гальере еще жил Юхан, два с половиной года назад. Один парнишка из гимназии сказал тогда, что всю ночь на спор спал на городском кладбище, прямо возле надгробия одного маньяка. Все зашептались и решили для себя, что это дело нехитрое. Разумеется, решили так они вслух. Что каждый подумал про себя, никто оглашать не стал. Дэмиэн подумал тогда, что смелости у него ни за что не хватило бы, даже если бы от этого зависело что-то очень важное.
— Торн, а ты чего побелел? — хлопнул кто-то Дэма по плечу. — Слабо тебе?
Дэмиэн хотел уже кивнуть, но что-то словно толкнуло его сказать совсем другое. Он очень гордо и независимо тряхнул головой и фыркнул.
— Подумаешь. Да я могу вообще не спать всю ночь. И это кладбище обойти хоть сто раз.
— А шестьсот шестьдесят шесть? — предложил Дэму высокий загорелый мальчишка, тоже Дэмиэн. Мальчик шмыгнул носом.
— Очень долго. Это больше ночи, — отмахнулся он.
— Хватит и трех, — сжалились над Дэмом. — Три раза обойди кладбище кругом, и считай, что выиграл…
— А на что надо спорить? — на всякий случай спросил Дэмиэн. Он догадывался, что на деньги, больше не на что было.
— На сотню. Если проиграешь, отдашь каждому по сто таиров, понял? Чтоб не выхвалялся, Торн…
— А если я выиграю?
— Мы тебе отдадим каждый по сотне.
Дэмиэну на деньги было глубоко начихать. Он был бы рад дать сейчас каждому по тысяче, только не ходить ни на какое кладбище. Но пути назад не было.
— И чтобы было полнолуние, — добавил тот мальчик, который ночевал на кладбище. Дэмиэн понял, что сейчас скажет этим спорщикам, чтобы они подавились его деньгами, и никуда не пойдет.
"Ну и что это будет?" — подумал мальчик.
— По рукам, — сказал он.
Испытание он прошел достойно. Через три дня, когда наступило полнолуние, он грустно и понуро поплелся на кладбище. Вместе с Юханом. Ему пришлось все рассказать, и он предложил Дэму бояться вместе. Дэм готов был броситься Юхану на шею.
— Это нечестно, — заявил тот мальчишка, просидевший на кладбище ночь, когда Дэм и Юхан подошли к калитке кладбища. — Ты не говорил, что будешь не один.
— Ты тоже не говорил, что будешь здесь…
— Должен же кто-то проследить, обоссышься ты или нет.
— Не дождешься, — выплюнул Юхан. — В вашем договоре про меня ничего не было. Можешь считать, что меня тут нет. Я сам по себе, понял?
— Торн, ты моей сотни не увидишь…
— Засунь ее себе знаешь куда? — засмеялся Юхан и добавил, куда. Он никогда не лез за словом в карман, и обычно слово это было приличным процентов на пятьдесят, не больше. Несмотря на то, что он в принципе был воспитанным и интеллигентным, своему обидчику он мог наговорить такого, что даже драться ему приходилось редко — его угрозы производили впечатление.
А если б не было Юхана тогда? Прошел бы он это кладбище? Ведь нет, убежал бы с первым шорохом. Тогда и так было неуютно. Один раз даже показалось, что из земли торчит чья-то рука, но это оказалось простой корягой.
— Да смотри, Дэмиэн! — смеялся Юхан. — Это веточка!
Но Дэмиэну было не смешно. Он вспоминал все фильмы ужасов, о которых ему рассказывал Райан, вспоминал кресты у себя дома на полу коридора и нервно грыз ногти. К последнему кругу они оказались сгрызенными до живого. Разве Дэм вел себя храбро? Это Юхан его успокаивал каждую минуту.
