Я воткнул конверт между книг и тихо зарычал на себя. Вечно, вечно я попадаю в самое большое дерьмо. Все точно так, как говорит Шон. Ну почему он умный, а я дурной, как пень?
Я в сердцах пнул ножку шкафа. Я никак не ожидал, что она вздумает хрустнуть, но она поступила именно так, и шкаф перекосился вперед и вбок. Книги вывалились на пол. Я застонал. Теперь мне предстояло вернуть Шону сломанный диван и такой же шкаф. Хоть тумбочка осталась цела. Наверное, это ненадолго. Я аккуратно расставил книги в шкафу и подложил под ножку шкафа потертую толстую книгу, тоже без обложки. Конструкция была явно неустойчивая, но иного варианта не было вовсе. Я снял толстовку и лег спать прямо в брюках. Я очень устал.
Разбудил меня, как и вчера, Дэмиэн. Он подтянулся на открытом окне и влез в квартиру. Я крепко спал на тоненькой подушке. Дэмиэн подошел ко мне и посмотрел на мою тощую голую спину. Дэм не ожидал увидеть на ней несколько затянувшихся рубцов, таких же безобразных, как на лице. Мальчик скривился, представив, как, должно быть, мне было когда-то больно.
Он сел на пол рядом с кроватью, достал из кармана джинсов гармошку и тихо заиграл. Я шевельнулся и поднял голову.
— Дэм? Откуда у тебя это?
— Из магазина. Что я сейчас играю?
Я прислушался.
— Не знаю. Что?
— Твоя любимая же.
Еще бы вспомнить, какая песня у меня любимая!
— А, — сказал я. Было что-то общее, это верно. — Ну да. Солнце… А, черт, — я вспомнил, что лежу без рубашки и представляю для Дэмиэна много загадок, говорить о которых мне не хотелось. Но Дэм уже повернулся ко мне.
— А те шрамы тоже из самолета? — спросил он.
— Нет.
— А откуда?
— А откуда берутся такие любопытные мальчишки?
— Ну правда, откуда?
— Ножом засадили.
— Чем?! — Дэм мне не поверил.
— Говорю же, ножом. Да давно уже, фигня. Что-то мы там не поделили.
— В интернате, что ли? — испугался Дэм.
— Чего сразу в интернате? — вспыхнул я. Дэмиэн обиделся.
— Я пришел сказать, что билеты купил, — довольно холодно сказал он. — Четыре билета в кино. Если хочешь идти, переставай рычать, — сказал мальчик и спрыгнул с подоконника. Я надел толстовку и высунулся в окно.
— А что за фильм?
— "Омен", — пробурчал Дэмиэн.
— Ну и зачем четыре билета?
— Тебе, Лин, мне и Эвану. Ты вообще здоров? Нас четверо.
— Я помню. Ты считаешь, Эвану это можно смотреть?
— Он ужастиков видел в десять раз больше, чем я. Даже про Чаки видел, а я после этого фильма неделю уснуть не мог.
Я присвистнул.
— Ну ладно. А когда начало?
— Через час. В "Комете". Так что, пойдешь?
— Пойду… Выбрал бы ты какую-нибудь комедию.
— Я хотел на "Пятьдесят первых поцелуев". Но там, в "Омене", этого пацана зовут как меня. Я не удержался, слишком большой был соблазн посмотреть на своего киношного тезку.
— Его зовут Дэмиэн?
— Не просто Дэмиэн. Дэмиэн Торн.
— Как символично. А я-то думаю, почему ты меня так дьявольски изводишь? А ты знаешь, что его убили потом?
— Когда? Я уже видел этот фильм. Он живой там.
— Его в третьей части убили.
— Нету третьей части.
— А вот и есть. Его просто пересняли.
— Ну и ладно. Его, может, и убили, а я буду жить долго и счастливо.
— Однозначно… Если перестанешь дудеть в свою дудку.
— Это гармошка, Итан! Ну чего? Похоже. Пойдем сейчас в пиццерию все вместе?
— Опять за твой счет?
— Можно за твой. У тебя тысяча есть.
— Да… Можно.
— А когда ты собираешься дарить своей любимой девушке цветы? — спросил Дэмиэн. Я забрался на подоконник и уперся ногами в проем. Я понял, что то, чего я боялся, все-таки произошло. Время было навсегда упущено. Притворяться, что Лин ничего для меня не значит, теперь уже невозможно.
Все вышло точно так же, как с Дэмиэном. Значит, потом будет еще больней. Не нужно было показывать Лин рисунки и говорить… всякие глупости.
— Уже надо? Это будет выглядеть, будто я… не знаю. Неужели не понимаешь? Будто…
— Будто ты хочешь сделать ей приятно, — подсказал Дэм. Я покачал головой.
— Нет… Ты все-таки не понимаешь.
— Я понимаю. Ты думаешь, что это слишком быстро, и она может подумать, будто ты большой охотник до женщин. Да?
Я вытаращил глаза.
— Боже, что там, в твоей голове? — изумился я. — Ничего такого я не думал. Я подумал, что она может подумать, что я подумал… черт. Язык сломаешь. Будто мне от нее что-то надо.
— Не надо? — удивился Дэмиэн.
— А что?
— Ну, как… Хотя бы один маленький поцелуй… нет?
Я чуть не упал с подоконника от смеха.
— Ты большой оригинал, Дэмиэн Торн. Слушай, у тебя есть девочка? Подруга?
— А что?
— Просто ты такой знаток… за тобой должна вся школа… гимназия бегать.
— Жизнь — непредсказуемая штука. В ней много противоречий и неожиданностей. Да… Так что я все еще свободен. Я пока не нашел свою половину, — серьезно сказал Дэмиэн и захохотал. — Итан! Да ты же знаешь про меня все. Я в гимназии не в почете. Даже… можно сказать, в отстое. Ну и ладно. Все равно документы заберу. А ты все-таки купил бы букет. Лин порадуется, я же знаю.
