Я сел на скамеечку рядом с девушкой. Я все равно себя не оправдывал.
— Прости, — снова сказал я.
— Да все, все, я тебя прощаю, если ты по-прежнему уверен, что виноват. Теперь можешь вздохнуть свободно, — пошутила девушка. Я улыбнулся и так и сделал.
— Знаешь, Итан, — Лин посмотрела на меня очень серьезно, и я перестал улыбаться. — Даже если бы это была твоя вина. В тот день… в тот день, когда случился пожар… Ты понял вообще, что случилось?
— Ну да. Чайник загорелся.
— Чайник… Да нет… Я про другое. Я вышла из квартиры и заперла дверь на ключ. Итан, я сама закрыла дверь. Ты понимаешь, что я подумала, когда мне врач сказал, что у меня в доме только что случился пожар? Я чуть не умерла на месте. Я бегу и думаю — только бы чудо. Только бы ему помогло чудо… И я даже не могу позвонить. Я просила телефон в автобусе у одного мужчины. И ничего, только гудок. Да я на сто лет постарела, пока домой добиралась.
Я быстро посмотрел на Лин. Она сидела на скамейке почти неподвижно, почти замерев, и даже лицо у нее стало на какой-то момент застывшим. А я… я понимал. Конечно, я понимал. И я точно так же, как и в тот день, дернулся к ней. И точно так же остановился. Лин подняла голову.
— Ты хочешь, чтобы я простила тебя… А на свете нет никого, кто сделал бы для меня больше, чем ты. Я просила это чудо, и ты появился. Итан…
Она не договорила. Я дернул плечом. Рука сама потянулась к сигаретам. Я вспомнил, что у меня их больше нет и достал из кармана зажигалку. Я несколько раз крутанул колесико, ладонью потушил огонек и повернулся к девушке.
— Не знаю, Лин. Сегодня я заставил его страдать. Его и тебя.
— Да ты сам извелся, я же вижу, — прошептала Лин. Я ничего не ответил на это.
— Давай я за ним схожу, — предложил я.
— Минут через пять… ладно? Хочется посидеть спокойно. Да и он тоже пускай расслабится.
— Можно и так, — я кивнул и подумал — хорошо бы поговорить о чем-нибудь другом. Я вспомнил Дэмиэна и его детектор на полу. — А у Дэма есть детектор лжи, — сказал я. — Представляешь, он бьет током, если говоришь неправду. Если бы этот детектор нацепить на меня, я умер бы от ударов.
— Да ну, это игрушка. Он не настоящий.
— Откуда ты знаешь? Дэм сказал?
— Они с Эваном играли. Упросили и меня… Неинтересно, по-моему. Интереснее в фанты играть. Знаешь такое?
— Это когда я спрашиваю тебя, а ты или отвечаешь правду, или исполняешь какой-нибудь фант? Дэм рассказывал… Так?
— Ну да. Мы с Аароном все время играли… Я над ним издевалась, — пошутила Лин. А мне в голову вдруг ударила безумная мысль. Такая, что я сам опешил, что уж говорить о Лин.
— А ты любишь его? — резко спросил я и посмотрел на девушку. Она растерялась сначала, потом улыбнулась и, прищурившись, взглянула на меня.
— Правда или фант? — спросила она. Я кивнул. Лин посмотрела в сторону, задумавшись.
— А ты любишь Шона? — спросила она меня.
— При чем тут Шон?
— При Аароне. Он мой лучший друг, точно так же как Шон — твой. Да, Итан. Конечно, я люблю его. Это правда. Это вся правда. Теперь моя очередь?
— А меня? — выпалил я и даже не покраснел, и даже ладони не вспотели от наглости. Лин резко перестала улыбаться. Я вел себя как свинья, но мне было все равно. По сути, мне не был важен и ответ. Мое участие в жизни Лин ограничивалось помощью донести ее маленького сына до дома. Потом я должен был исчезнуть. Хватит, в самом деле, пока не зашло далеко — вот сейчас я услышу мрачную правду и без сожаления уйду.
Верно, Айгер? Кого ты обманываешь… Себя самого?
Это же не Лин не может без меня… Это я без нее не могу.
— По-моему, сейчас моя очередь, — напомнила девушка. Я зажег огонек над ладонью, и маленький язычок колыхнулся на ветру, больно обжигая мне руку. Я не торопился его убирать. Я мог терпеть довольно долго.
— Удивил… В пятом классе проходили. Я все равно не буду отвечать. Моя очередь. — Лин нахмурилась и посмотрела на меня немного недоверчиво. Я и сам не думал, что когда-нибудь сделаю такую глупость. Рассудок у меня как будто отключился, и только острая боль в ладони напоминала о том, что мозги и нервы у меня сохранились.
Я ждал, а горячий тоненький огонек жег кожу так, что невозможно было терпеть.
Я терпел. Кому из нас и что я хотел доказать — не знаю. Я ждал. Ждал пять секунд. Десять. Пятнадцать…
— Итан, — прошептала девушка. — Перестань. Хватит, пожалуйста, хватит!
Я не перестал, только сжал зубы, оставаясь спокойным и недвижным, как камень. Сидел прямо и неотрывно смотрел Лин в глаза. Может, со стороны и казалось, что мне не больно. На самом деле я готов был закричать. Примерно то, что я чувствовал сейчас, я прочитал на лице у Лин. Она жалела меня, дурака. Ей было больно… Ей было во много раз больней. А я все равно держал эту зажигалку. Я, наверное, спятил.
— Хватит! — крикнула она, когда прошло полминуты. Я уже и сам готов был отшвырнуть зажигалку — боль была просто немыслимая, но девушка первая вышибла ее у меня из рук. — А тебя я терпеть не могу! Знаешь что? Обойдусь и без твоей помощи! Уходи, Итан, уходи…
