— Не надо так, — сказал Дэм, глядя на меня из-под длинных и пушистых, смело торчащих вверх ресниц. — Итан…. Зачем? Ну зачем ты так говоришь?
Он смотрел на меня пристально и долго. Я подумал, что он видит меня насквозь. Я взял себя за плечи и отошел к краю моста. В реке отражался оранжевый диск. А оранжевого лета больше не было. Не было…
— Ты любишь ее, — не спросил, а убедительно сказал мальчик. Я обернулся.
— Ну и что? — спросил я, помолчав минуту.
— Ты не можешь уйти, — прошептал Дэм и взобрался на мраморный поручень. Он свысока посмотрел на меня. А мне было неудобно смотреть на него против солнца. — Даже если ты виноват. Она тебя ждет. Она тебя любит…
Я поднял голову. Фигурка мальчика была очерчена темном силуэтом на фоне яркого неба и оранжевого солнца. Тоненькие лучи путались и плясали в белых растрепанных волосах.
А оранжевого лета больше не было. Не было.
— Нет, — сказал я. — Она благодарна мне за то, что я помог Эвану. Она сама мне сказала.
— Дурак, — изрек мальчишка. Я только повел плечом. — Иди. Иди к ней сейчас. Ты же сам хочешь.
— Ну и что? — повторил я.
— Ну и все, — решительно сказал мальчик, спрыгнул с поручня на мост и медленно побрел в сторону своего дома. Только дойдя до конца моста, он обернулся, посмотрел на меня и снова пошел вперед, ничего больше не сказав.
Я достал зажигалку из кармана, повертел и подбросил в руке.
"Может, тебе стоит что-нибудь изменить?" — вспомнил я и посмотрел на обрыв, гордо возвышающийся над рекой отвесным скалистым склоном.
Может, и стоит.
Я задумался. Потом размахнулся и швырнул зажигалку в реку.
И снова я сперва позвонил в дверь, и только потом вспомнил, что звонок не работает. А постучать я не успел. Лин открыла мне раньше, чем я собрался. Я не думал, что она ждет меня у двери, и вздрогнул. Я сделал шаг назад и неуверенно посмотрел на девушку. Я молчал. Мы оба молчали, и стояли так довольно долго, не решаясь заговорить.
— Ты чего такой… помятый? — спросила Лин.
— Не знаю… На мосту сидел, — пробормотал я, и мы снова замолчали.
— Ну ты… заходи, — предложила девушка и отошла в сторону.
— Да я так, — сказал я. — Прямо тут. В общем…
— Так не годится, — она покачала головой. — Зайди. Зайди, не стой в пороге. Хочешь воды?
— Да нет, я…
— Ну все равно… Зайди. Пожалуйста. Зачем нам тут стоять, если можно в комнате поговорить.
Я зашел и тихо запер за собой дверь.
— Ладно. Я ненадолго. Как Эван, Лин?
— Ничего. Он скоро уже проснется…
— Ты ему передай, что я прошу прощения. Так и скажи, что я не хотел сделать ему больно. Может, он меня простит.
— Он даже доволен, я тебя не обманываю, — Лин неожиданно улыбнулась, а я подумал, что непременно нарисую ее еще раз, когда приду домой. Но это я подумал мельком. — Представляю, как он будет хвалиться Дэму. Вот смешной человек… Нам бы с тобой быть такими оптимистами… — она вздохнула, грустно улыбнувшись. Я напряженно стоял у порога. — Поговори с ним сам. Знаешь что? Оставайся. Давай я сейчас постираю хотя бы твою майку. Не пойдешь же ты так на улицу.
— Шел же… Лин, ты что? Я не понимаю тебя. Я пришел не для того, чтобы ты стирала мне майку. Я хотел…
— Теперь это уже не важно. Я тебя не выпущу.
— Что? — я подумал, что ослышался. — То есть как?
— Вот так. Этот замок заедает. Ты только что его закрыл. Попробуй теперь отпереть… — Лин хитро, как Эван, прищурилась и посмотрела мне в глаза. Все-таки сын был на нее похож.
Я не стал пробовать. И так все было ясно.
— Это не имеет значения, — я покачал головой без тени улыбки. Мне не было смешно или весело. — Я все равно уйду.
— Не раньше, чем я скажу тебе все, что собираюсь. Ты сильно обиделся?
— Я не обиделся. Я вел себя как придурок.
— Мы оба… Но я все-таки больше. Просто знаешь… тяжело смотреть, когда кто-то рядом жжет себе руку. Да и спросил ты такое… не совсем в нужный момент.
— Я понял.
— Ты обиделся… Я знаю, что обиделся. Но я не хотела тебе такое сказать.
— Да это неважно, — я опять попытался завести разговор в нужное русло, но Лин снова не дала мне начать.
— Это важно. Прости…
— Это ты прости, что я тебя там бросил.
— Правильно сделал… Но куда ты исчез потом? Дэм обегал весь город. Я ему звонила каждые пятнадцать минут. Мы извелись оба. Разве так делают… Ладно. Все уже. Давай мы забудем весь этот день. Как будто его не было. Только утро… Ты подарил мне самые красивые цветы на свете. А Эвану устроил настоящий праздник. Пойдем… я дам тебе свитер. А эту штуку снимай. Ты замызганный, как черт.
— Лин! Я не хочу. Я сам прекрасно справлюсь.
— Тебе будет трудно. У тебя рука… А у меня машинка стиральная. Она не сгорела, это здорово. Так что давай без разговоров.
— Нет. Не дам.
Лин меня проигнорировала. Она зашла в комнату, достала из шкафа бежевый свитер и молча протянула мне. Я покосился на него.
— Аарона? — спросил я. Наверное, не очень вежливо получилось.
— Итан! Откуда у меня свитер Аарона? Это мой, — девушка укоризненно посмотрела на меня. Она улыбалась, и мне тоже вдруг стало смешно. Мы стояли в прихожей и тихо смеялись, чтобы не разбудить Эвана в его местами обугленной кровати.
