– Мы на месте!
Она резко отвернулась и посмотрела наружу: под напряженным взглядом Чада ей сделалось неловко.
Пыль вокруг корабля осела быстрей, чем Светлане думалось.
Взгляд ее вернулся к Луноходу, очерченному на черном фоне горизонта ярким солнечным светом. Чад тоже туда посмотрел и ткнул пальцем:
– Луноход!
Выговор правильный, гортанный звук «х» прозвучал вполне привычно для ее ушей.
Она опять повернулась к иллюминатору, заметив, как на поверхности Луны что-то сверкает. И осознала, что серебристый аппарат окружают цепочки следов колес, тянущиеся вдаль.
Голос Каза нарушил ее мысли:
– «Бульдог», вам будет приятно услышать, что мы опросили зал и вам разрешают остаться на время T-1.
Все инженеры ЦУПа проверили состояние систем и поручились, что можно остаться на Луне как минимум на время первого витка «Персьюта» высоко наверху.
С «Персьюта» прозвучал голос Майкла:
– Приятно слышать. Вы там побудьте немного, а я хоть ноги вытяну. Наконец-то все это пространство мое…
Светлана слушала переговоры Чада с Хьюстоном, наблюдая, как пилот, очевидно, проверяет давление и щелкает переключателями. Он протянул руку назад и отстегнул что-то за ее спиной, вытащив водяной пистолет на шланге. Вставил его через адаптер в свой шлем, повернул красный вентиль и сделал глубокий глоток. Отсоединив, предложил ей, и она воспроизвела его действия, с благодарностью напившись: раньше и не замечала, какую жажду вызывает сухой кислород, которым дышишь в скафандре. Она вернула шланг на место и уложила его.
– Сенк ю, – сказала она. Чад проигнорировал это, сосредоточившись на сеансе работы с Хьюстоном. Она снова посмотрела наружу.
Она осознала, что, как только спустится, ей никто не помешает. И решила, что обязательно пройдется к Луноходу и детально осмотрит его. Советские инженеры благодарны будут за детальное описание того, как выглядит аппарат после месяцев на Луне. Она также хотела выяснить, почему здесь столько следов. Было интересно понять, чего доискивался Луноход.
Майкл по гарнитуре сказал:
– «Бульдог», Хьюстон, я – «Персьют», собираюсь уйти за Луну. Через сорок пять минут или около того снова буду с вами.
Каз откликнулся:
– Вас понял, «Персьют», наслаждайся одиночеством. Увидимся в 101:19 от начала миссии, это 12:40 по Хьюстону, у нас тут будет время ленча.
Майкл в знак подтверждения дважды щелкнул микрофоном.
Челомей услышал звук и улыбнулся. Время почти пришло. Как только корабль на орбите скроется за Луной, можно будет поговорить с командой на поверхности. Он внимательно продумал свои будущие слова и оптимальную методику использования монаха. Подняв глаза, он увидел, как переводчик и фигура в темной рясе пробираются к его пульту, и покосился на часы ЦУПа. Решил выждать еще минут пять, просто на всякий случай. Вскинул руку ладонью к паре, сделав знак постоять немного в пределах слышимости.
В «Бульдоге» Чад услышал Майкла и задумался о том, что это значит. Он потянулся к пульту и вывел из эфира микрофоны – свой и Светланы. Теперь, чтобы ответить, потребуется сперва щелкнуть переключателем аппаратуры связи. Нужно контролировать космонавтку.