Орбита смерти полностью

Светлана абстрагировалась от болтовни американцев и прислушалась к ощущениям своего тела, предвкушая предстоящее. Она детально изучала процедуры входа в атмосферу в Звездном городке, неоднократно практиковалась на центрифуге; квалификацию космонавта ей бы не присвоили без упражнения, в котором полагалось взять на себя управление тренажером корабля и лететь без помощи бортовых компьютеров, вручную – до самого открытия парашютов. На раннем этапе тренировок она приняла неверное решение, слишком глубоко нырнула и не справилась: 14g на тренажере не сымитируешь, а в реальной жизни – не факт, что уцелеешь. Она отдавала себе отчет, как тонки грани допустимого.

Поглядела через иллюминаторы над головой на линию горизонта, прикидывая угол входа; разумно. Они снижались подбрюшьем вперед, слегка приподнявшись и с креном вправо, а компьютер готовился регулировать угол крена в ответ на перегрузки. Светлана кивнула. Я бы точно так же действовала.

Чад наблюдал за панелью мониторинга ввода, где большая черная стрелка показывала угол крена, а цифровые индикаторы помельче – перегрузку и оставшееся расстояние. Проведя пальцем по летному заданию, он предостерег:

– Сейчас начнется!

Внезапно их жестко приложило перегрузкой. Всего за пятнадцать секунд – от нуля до семикратной, так что головы откинуло назад в шлемах, руки вжало в туловища, а тела – в кресла.

Светлана ощущала, как на лице кожа оттягивается назад, напрягаясь на скулах, пока глаза наполняются слезами, пытаясь совладать с брутальным напором.

У Майкла захватило дух.

– Д-д-д-дышать не могу! – прокряхтел он. Качать легкими кислород было все равно что штангу поднимать; расширение груди и движения ребер стали работой.

Но это ощущение исчезло почти сразу, как появилось, перегрузка упала до терпимых 3g: модуль летел теперь под менее острым углом, набирая скорость и снижаясь в воздухе. Чад знал профиль назубок.

– Через пару минут опять подскочит.

Они были предоставлены сами себе. Проблема связи, возникшая после запуска, вернулась сразу после того, как они отстрелили нижний служебный модуль, но этого и следовало ожидать. Впрочем, даже если бы радио и работало, антенны бы блокировались сияющим плазменным полем.

Фаербол «Персьюта», несущийся к земле, выполнил первую часть задания и приступил к прецизионной регулировке крена, готовясь пережить второй скачок перегрузок.

В день старта «Аполлона» корабль советского командно-измерительного комплекса «Космонавт Юрий Гагарин» двинулся на север через Тихий океан, чтобы понаблюдать за приводнением. Теперь он находился на границе видимости от «Нового Орлеана», и большая двойная антенна слежения нацелилась на ожидаемое место входа в атмосферу. Когда модуль прошел этап перегрузок и, все еще в ста семидесяти тысячах футов над планетой, устремился к ожидающим ее кораблям, системы «Гагарина» засекли его и поймали в фокус.

Оператор антенны проговорил:

– Есть, товарищ капитан! Точно по маршруту идет.

Капитан кивнул и сделал знак связисту:

– Сообщи им.

Лейтенант быстро отстучал сообщение, которое в закодированном виде покинуло корабль и, пропутешествовав через далекие спутники, оказалось на другой стороне планеты, в московском ЦУПе. Руководитель полета махнул рукой, привлекая внимание Челомея, и указал на его экран.

Челомей прочитал текст и кивнул. Пока все в порядке.

В сотне миль к северо-востоку от «Гагарина» Каз стоял на мостике «Нового Орлеана» вместе с Элом Шепардом и атташе Степановым. Посмотрев на часы, он покосился в блокнот, куда занес отметки графика, и продолжил комментировать для капитана Кариуса:

– До них теперь всего шестьсот миль, сэр, второй скачок перегрузки впереди, ожидаем раскрытия парашютов менее чем через шесть минут.

Кариус кивнул.

– А до приводнения сколько времени?

– Тормозной якорь раскроет последовательно три парашюта, и они пробудут под ними около пяти минут, значит, в воде примерно через десять минут окажутся. – Без радиосвязи Каз мог лишь приблизительно оценивать сроки. «Новый Орлеан» получит сигнал с бакена модуля, как только раскрытие парашютов приведет к его срабатыванию. После этого можно будет говорить с уверенностью.

Кариус развернулся к старшему помощнику:

– Старпом, как там 501-й?

– Покинул палубу десять минут назад, наши ребята и док из НАСА на борту, осуществляет патрулирование. – Старпом показал вперед и левее носа корабля, где над синим горизонтом едва просматривался белый силуэт вертолета «Си Кинг». Кариус вскинул бинокль к глазам и разглядел большие цифры 501 на хвосте.

– Команда вертолета сообщает о сильном волнении в море, босс, пятифутовые волны.

Шепард негромко присвистнул.

– Это хуже, чем пришлось пережить моему экипажу, Боб. Скорей похоже на то, что испытали ребята с «Аполлона-12». – Он скорчил рожу: – Бедолаги обгадятся.

Боб Кариус усмехнулся:

– Ну а что можно хотеть от астронавтов ВВС, адмирал? – У капитана остался еще один вопрос: – Старпом, в зоне приводнения кто-нибудь есть?