Он слушал гудки на другом конце линии, перечитывал послание и тщательно подбирал слова, которые скажет в трубку.
Потребовалось еще три телефонных звонка и в сумме тридцать шесть минут, чтобы сообщение капитана «Кавказа» из Североморска по бюрократическим кишкам доползло на самый верх, к руководителю программы «Алмаз» Владимиру Челомею. Из скрипучего телефонного динамика на его столе с металлическим призвуком зачитывались слова капитана, без изменений, включая отметку времени. У Челомея в мозгу, словно переключатели, защелкали мысли: он догадался, что значит эта информация. Как отчасти догадался и офицер-связист Северного флота.
Джин Кранц откинулся в своем кресле и посмотрел на офицера по приборам и связи:
– Итак, почему Восемнадцатый не слышит нас?
Голос Джина через наушники был передан всем в ЦУПе, но из-за военного характера миссии за пределы здания не выходил.
– Не уверен, сэр. Вероятно, проблема с судном-ретранслятором: раньше эти станции так далеко на север мы не отправляли. Трассу они отследили хорошо, но голос доходит прерывисто. Наверняка станет лучше, когда мы подключимся на семьдесят второй минуте через судно на юге Тихого океана.
Джин поразмыслил.
– ДДП, как мы выглядим? – Он обращался к дежурному по динамике полета, ответственному за оценку положения космического корабля.
– Превосходно, сэр. На рандеву выходим идеально.
Джин кивнул:
– Давайте обработаем обновление траекторных данных и начнем готовить первую коррекцию. – Космический корабль «Аполлон» вышел на идеально согласованную с движением «Алмаза» орбиту, ниже и позади его, и догонял. Потребуется два аккуратных включения вспомогательных двигателей, чтобы поднять орбиту, и аппараты, американский и советский, полетят рядом. – А тем временем внимательно изучите все переговоры с бортом и убедитесь, что у Восемнадцатого нет проблем с оборудованием.
– Слушаюсь, сэр. Работаю.
Джин поглядел на цифровые часы главного экрана и обратился ко всем в зале:
– Когда мы свяжемся с ними через судно на юге Тихого океана, Люк уже будет готовить скафандр к выходу и потребуется проверить, все ли системы жизнеобеспечения работают нормально. К тому моменту нам останется пятьдесят минут до первого импульса скорости, так что данные отслеживания следует обновлять оперативно, чтобы на борт правильные цифры поступали. Не спите, народ. Этот «Аполлон» не похож на предыдущие.
Женщина-техник «Моторолы» с паяльником была на «ты». Мастерство оттачивала у папы в гараже, в Финиксе, где они вдвоем собирали радио и усилители из комплектов «Хиткит»; отец восхищался тем, какая у нее спокойная рука, с какой неотразимой сосредоточенностью она соединяет электронные компоненты, расходуя минимальные количества металла и флюса.
Когда ее наняла «Моторола», они с папой оба очень радовались, что теперь ей доверят собирать аппаратуру связи для «Аполлона». Сложность электронной начинки требовала методичной сборки и тонкой ручной работы по паяному соединению. Стремление к совершенству вело к дополнительным проверкам. Сидишь, спину гнешь, пытливо вглядываясь через защитные очки, потом уступаешь место старшему смены, чтобы качество твоей работы оценили. Слой за слоем, паяное соединение за паяным соединением сооружались основные блоки аппаратуры связи командного и служебного модулей «Аполлона».
Она носила поверх одежды хлопчатобумажный костюм, а волосы убирала под эластичную шапочку, чтобы пыль или прядки не попали в электронику. Рот и нос прикрывала маской, чтобы дыханием не добавить влаги. Техники в комнате выглядели эдакими роботами, их личности размывались: анонимы в бледно-голубых одеждах перед столами, всецело отдавшиеся работе с электроникой.
Подавшись вперед, чтобы подпаять определенное соединение, она почувствовала, как маска под носом слегка сбилась. Она не обратила на это внимания, сосредоточившись на том, чтобы расположить кончик паяльника точно над местом, где следовало нагреть оголенный провод. Сморщила нос от вызванной маской щекотки и поводила надутыми губками туда-сюда. Не помогло: она чихнула. Вернее, подавила чихание, как давила всегда, и сосредоточилась на равномерной подаче припоя и флюса: руки не должны дрожать.
Она закончила работу, отвела инструмент и наклонила голову в сторону, изучая дело своих рук. Позволила себе слегка улыбнуться под маской. Выглядело идеально. Откатила кресло, пока старший смены наклонялся перепроверить. Как обычно, он остался доволен и, кивнув, проставил галочку в длинной таблице на своем планшете. Она поправила маску, отводя немного дальше от ноздрей, и вернулась к работе.
В неведении о том, что произошло.
Сдавленный чих привел к тому, что рука дрогнула и на нижней стороне паяного соединения возник дефект. Там застыла, подобно горошинке, маленькая капля припоя, уловленная тонкой металлической нитью и скрытая ею от глаз.
