Он быстро проинспектировал кромку и отыскал место, которое царапнула пуля. При виде порванной резины ему стало не по себе.
– Чад, похоже, кусочек уплотнения внешнего кольца оторвался! Я сейчас попробую залатать. Надеюсь, выдержит.
Пришлось отодвинуть Люка с пути, чтобы пролезть в кладовую на корме; чертыхаясь про себя, Майкл зашарил там в поисках нужного контейнера. Отыскав его, рванул на себя и вытащил тяжелый пластилинообразный брикет. Пролетел обратно к шлюзу и принялся накладывать слои, делая очень толстыми места, где содрало уплотнение, и разглаживая их пальцем в перчатке, чтобы герметик лег заподлицо с металлом. Упаковка герметика выскользнула и поплыла сквозь шлюз во тьму.
– Отлично, Чад, думаю, я туда хороший такой кусок натолкал. Должно хватить. Закрываемся!
Отталкиваясь другой рукой, он надежно зацепился и потянул дверцу на себя. Он внимательно следил за прочностью самодельной заплатки.
Шлюз почти закрылся, как вдруг его что-то заблокировало. Майкл потянул сильнее, затем чуть сдал назад, оглядывая периметр и удивляясь, что же еще могло помешать.
Своим глазам Майкл сперва не поверил.
Между створкой и корпусом «Персьюта» торчала рука в перчатке.
Кто-то лез внутрь.
– Как там дела? – требовательно спросил Джин Кранц.
«Аполлон-18» только что стал досягаем для антенны дальней космической связи НАСА близ Йоханнесбурга в Южной Африке. Пересылаемые с орбиты данные появлялись на экранах ЦУПа, и Джину не терпелось узнать, как проходит маневр перехода.
– Двигатели работают, сэр. – Оператор за пультом, отслеживавший динамику полета, оценивал мелькающие ряды чисел. – Все, кажется, в полном порядке.
Старший по микроклимату корабля, которого для краткости называли экомом[13], заговорил с легким удивлением:
– Руководитель, говорит эком, у них по-прежнему вакуум.
Джин поразмыслил. Времени в обрез, и, возможно, команда не хотела отвлекаться на повторное заполнение кабины воздухом до завершения маневра.
– Принято, эком. – Руководитель полета представил себе действия экипажа и перепроверки всего, что только можно. – Подтверждаете, что шлюз закрыт?
– Верно, сэр.
Итак, экипаж на борту, корабль ведет себя нормально, они на пути к Луне.
– Капком, дайте им знать, что мы на связи, а маневр пока проходит успешно.
Капком включил было микрофон, но тут вмешался эком:
– Руководитель, подождите!
Джин глянул поверх своего пульта на старшего по микроклимату, который повернулся так, чтобы посмотреть руководителю полета прямо в глаза:
– Кабина больше не герметична. Команда открывает шлюз во время маневра перехода!
Джин поглядел влево:
– Медик, вы принимаете данные Люка?
Дж. У. покачал головой:
– Руководитель, сигнал прерывистый. Не уверен, как его трактовать.
Джин нахмурился. Биомедицинские датчики надежностью не отличались, членам экипажа не нравилось, что их пульс слушают другие, и они зачастую не слишком тщательно прикрепляли электроды. Он посмотрел на главный экран перед собой. Оставалось еще три минуты до конца маневра, и корабль уйдет за пределы видимости антенны. После этого двадцать три минуты перерыва, прежде чем можно будет поговорить через Австралию.
– Капком, дождитесь минус сорока пяти секунд в этом промежутке и перешлите экипажу обновленные данные наших наблюдений.
Каз, стоявший за спиной старшего оператора связи, посмотрел на Джина и кивнул. Пускай астронавты поработают над проблемой самостоятельно, все верно, но отвлекать их лучше самой свежей сводкой данных из ЦУПа, раз уж потом перерыв.
– Внимание всем операторам, – сказал Джин и выдержал паузу, пока в зале не наступила тишина. – Похоже, мы успешно идем к Луне, но связь сильно сбоит, да и проблемы со шлюзом не исключаются. Нам все еще предстоит извлечение ЛМ и отделение третьей ступени, прежде чем начнем налаживать полноценную двустороннюю связь. Команде нужно помочь, но и не мешать им, пока эта фаза не окончена.
Он выдержал паузу и окинул взглядом свою команду:
– Мне требуется четкая лаконичная сводка для них через двадцать минут. Обо всех аномалиях бортовых систем и любых изменениях в летном задании. – Он развернулся налево: – И, капком, связь нужно наладить как можно быстрее. Полет должен проходить в нормальном режиме.
Перчатка была гладкая, белая, ее прорезиненные пальцы бугрились от давления – космонавт хватался за набирающий скорость корабль.
– Чад! К нам один из космонавтов лезет!
– Чего-о? – Чад резко крутанулся посмотреть, отпихнув с пути недвижимое тело Люка. – Твою ж мать!
Он покосился на приборы с индикацией состояния двигательной установки.
– У нас осталась минута до конца маневра, – сказал он, – и нужно побыстрее Люку воздух дать. Затаскивай космонавта внутрь и после этого сразу давай кислород!
