Орбита смерти полностью

Однако вначале необходимо пообщаться с экипажем и выяснить, какие последствия имело исполнение его приказов. После этого всем можно будет продемонстрировать, как «Алмаз» помог – как Челомей помог – изменить историю советской космонавтики.

– Что там творится? – орал Майкл.

«Алмаз» крутился так быстро, что он не поспевал за ним, а теперь еще и начал терять стабилизацию. Майкл запустил двигатели, отводя корабль в сторону, и сосредоточился на обратном отсчете до момента, когда следовало произвести маневр перехода на отлетную траекторию.

– Ублюдки обстреляли нас из пушки! – просипел Чад и поперхнулся очередным позывом к рвоте.

– Они что сделали? – Майкл поспешно проверил показания приборов. – Вряд ли куда-то в жизненно важные места попали. Температура и давление везде нормальные. – Он снова сверился с таймером. – Нужно шлюз закрывать. Люк, ты там?

– Почти, – прохрипел Чад.

Майкл сосредоточился на маленьком экране с клавиатурой, проверяя и перепроверяя данные, пока маневрировал, добиваясь ориентации, необходимой для импульса перехода на траекторию полета к Луне. Краем глаза он видел, как Чад затаскивает Люка в кабину и тянется мимо напарника захлопнуть дверцу шлюза.

– Нет времени кабину заново кислородом накачивать, ребята, – предупредил Майкл. – Как только закроешь шлюз, держитесь. Мы почти сразу же включаем двигатель. Чад, мне нужно, чтобы ты тоже вместе со мной на приборы смотрел.

Чад тяжело дышал, орудуя с кремальерой шлюза.

– Как скоро связь появится?

Майкл неловкими движениями отцепил летное задание от переборки, перчатка по-прежнему была раздута из-за вакуума в кабине.

– Спустя минуту после маневра перехода поймаем Южную Африку. Но вряд ли они нас услышат.

Чад проворчал что-то в знак согласия, после чего с облегчением переместился в правое кресло.

Майкл метался взглядом от прибора к прибору, точно ястреб, высматривающий потенциальную добычу:

– Зажигание через сорок пять секунд. Высота подходящая, температура и давление в норме.

Чад проделывал то же самое со своей стороны кабины:

– Высота в порядке, сто восемьдесят, триста двенадцать, ноль. – Голос его по-прежнему звучал хрипло, но он уже овладевал собой. – Подтверждаю зажигание на скорости 10359,6 фута в секунду, продолжительность 5 минут 51 секунда. – Он помолчал. – У меня тут вроде улеглось.

– Через десять секунд переход.

Майкл посмотрел вправо: Люк парил у иллюминатора – наверное, ловит хороший вид.

– Люк, держись крепче, – попросил он и снова сосредоточился на циферблатах.

– Три, два, один, поехали!

Двигатель третьей ступени J-2 ожил, на этот раз для того, чтобы разогнать корабль до скорости убегания – достаточной, чтобы покинуть орбиту Земли и направиться к Луне.

– Рули, детка, рули, – шептал Майкл.

Его вдавило в кресло, он чувствовал спиной, как навигационная система подстраивает направление реактивной струи двигателя, противодействует плесканию топлива в баках.

– Давление в баках вроде бы нормальное, – сказал Чад. – Связи пока нет.

Солнечные лучи заглядывали в иллюминатор. Корабль приближался к рассвету над побережьем Центральной Африки.

Майкл еще раз посмотрел на Люка:

– Счастливо оставаться, «Алмаз»! Ты его видишь в зеркале заднего вида?

Люк, прижатый ускорением к задней стенке «Персьюта», не отвечал.

– Люк, что там произошло? На слух как чертово родео!

Ответа по-прежнему не было.

И Чад, и Майкл повернулись, чтобы внимательнее посмотреть на Люка. Майкл потянулся ухватить его за ноги и попытался подтащить к себе одной рукой, противодействуя перегрузке, создаваемой тягой двигателя.

– Скафандр мягкий! – тревожно воскликнул он.

Чад схватился за другую ногу Люка, и напарники настойчиво потащили его к себе. Майкл заметил след от пули и сказал:

– У него фал поврежден!

Тело Люка повернулось – Майкл увидел, что колпак шлема затуманен влагой дыхания. Он с трудом заглянул внутрь:

– Глаза у него закрыты.

– Блин! – Чад наконец сподобился принять командование. – Переключатели с твоей стороны, начинай экстренную закачку! Я послежу за двигателями.

Майкл вихрем крутанулся влево и передвинул тумблеры подкачки кислорода в кабину. Посмотрел на индикатор давления, готовясь сорвать с Люка шлем в момент, когда тот достаточно подрастет.

Стрелка оставалась на нуле. Он забарабанил по циферблату, надеясь, что механизм просто заело.

Никакой реакции.

– Босс, у нас, похоже, течь в кабине!

Двое переглянулись, потом посмотрели на безжизненное тело Люка. Мысли обгоняли одна другую.

– Либо шлюз не до конца закрылся, либо пуля попала, – сказал Чад. – Шлюз проверить быстрее будет. – Он посмотрел на Майкла через разводы блевотины на поликарбонате. – Я послежу за двигателями. Иди разберись с герметизацией.

Майкл отстегнулся, сражаясь с перегрузкой, перекрыл подачу кислорода, потом потянулся назад, к шлюзовой кремальере, и стал быстро крутить ее, стараясь как можно скорее открыть шлюз. Он понаблюдал, как сдвигаются элементы запирающего механизма, и с силой налег на дверцу, когда они освободили ее. Внешняя тьма контрастировала с освещенными внутренностями кабины, мешая рассмотреть кольцо уплотнения.