Майкл толкнул дверцу шлюза и протянул свою руку в перчатке. Из тьмы по дуге появилась другая рука космонавта и схватилась за нее. Напрягаясь в противодействии ускорению корабля, он помогал космонавту дюйм за дюймом пролезть в тесную кабину. В последнюю очередь Майкл рванул на себя советский ранец жизнеобеспечения, волочившийся на шлангах, после чего протиснулся в обход ноги космонавта, проверяя, выдержала ли эту возню импровизированная заплатка. Притянул дверцу, закрыл шлюз и стал быстро крутить кремальеру, считая обороты.
Как только шлюз загерметизировался, Майкл крутанулся и щелкнул тумблерами подачи живительного кислорода. Пыхтя и потея, он потянулся вниз, к спинке собственного кресла, и опустил себя туда.
Послышался голос Чада:
– Три, два, один, двигатель выключаю.
Внезапная свобода и невесомость. Словно выскочили из урагана.
Майкл не сводил взгляда с манометра, стрелка которого быстро продвигалась к отметке пяти фунтов на квадратный дюйм.
– Герметик держит, – отрапортовал он.
Как только стрелка миновала цифру 3, Майкл потянулся ниже фигуры космонавта – добраться до шлема Люка. Чад уже помогал, тянул за шейную застежку. Когда шлем удалось открепить, Майкл направил его вверх и стащил с головы Люка.
Сдернул правую перчатку и сунул палец под челюсть Люка, ища пульс.
Ничего.
Он быстро отодвинул большим пальцем веко Люка, но отклика не последовало. Он подержал ладонь над ноздрями и ртом Люка. Ничего.
Отстегнув и скинув собственный шлем, он ухватился левой, по-прежнему забранной в перчатку, рукой за челюсть Люка, а правой толкнул назад макушку; сомкнув губы на холодных губах Люка, он с силой вдул воздух в его легкие. Отвернулся, слыша прерывистый скрежет выдоха, и снова наполнил легкие Люка воздухом.
Никакой реакции.
Поддерживая Люка одной рукой, другой Майкл врезал тому по груди в попытке запустить сердце. Плотный скафандр принял на себя большую часть силы удара. Два тела оттолкнулись от панелей и поплыли в невесомости.
– Помоги! – крикнул он Чаду.
Двое по очереди колотили перчатками по груди Люка, а Майкл вдувал кислород в легкие товарища.
Но кожа Люка не розовела, а веки не трепетали. Слюна липкой невесомой ниточкой поплыла изо рта поверх отвисшей челюсти.
Пилот лунного модуля Люк Хемминг, капитан морской пехоты Соединенных Штатов, участник трех часов орбитального полета и одного выхода в открытый космос, был мертв.
Стукаясь об их тела в тесном пространстве, задвигался космонавт. Его руки задергались, изогнулись, ослабляя застежки перчаток, потом потянулись к шейному креплению белого шлема, спереди украшенного большими прописными красными буквами «СССР».
Майкл собрал поплывшие в воздухе перчатки и помог стащить ему шлем.
На голове космонавта торчала узкая гарнитура с покрытием из коричневой кожи. Отстегнув крепление на подбородке, он стащил наушники. В невесомости поплыли длинные каштановые волосы.
Майкл нахмурился.
Густые, примятые и спутанные после выхода в космос волосы подстрижены спереди в челку. Ни усов, ни бороды, ни бакенбардов. Настороженные карие глаза вызывающе уставились на него. Безошибочно – женские.
Космонавт оказался космонавткой.
– Спасибо, – сказала она спокойно по-русски, чуть заметно склонив голову. – Senk you[14].
Чад вихрем крутанулся с другой стороны кабины. Он сорвал шлем, и в воздухе распространился резкий запах рвоты.
– Женщина! Господи Иисусе!
Он взмахом руки обвел тесную кабину и летающие повсюду предметы: новому члену экипажа места хватало с трудом.
– Ну и что нам делать с
Майкл попытался авторитетно суммировать происходящее:
– Люк мертв, маневр перехода завершен, так что мы в любом случае летим на Луну, связь по-прежнему глючит, а на борту комми-зайчиха!
Космонавтка настороженно смотрела на них.
– Нужно поскорее связь починить. – Чад цапнул летное задание. – Следующий сеанс над Австралией через… – он сверился с цифровым таймером, – четыре минуты. Возможно, нам повезет, и на этот раз они нас услышат.
Майкл произнес:
– Я должен вытащить лунный модуль из третьей ступени. А еще нужно решить, что делать с… ней. – Он глянул на женщину и заговорил разборчиво, тыча в себя пальцем: – Меня зовут Майкл.
Показал на нее:
– А как тебя зовут?
Она перехватила его взгляд:
– My nem Svetlana[15].
Развернулась и выжидательно посмотрела на Чада.
– Я Чад. – Тот хмуро уставился на нее: – Жди тут, не дергайся. – Он развел руки, обратив к ней ладони в знак того, что ее тело должно оставаться в неподвижности. – Нам с Майклом поработать нужно.
Она не сводила с него глаз. Чад долго смотрел на нее в ответ.
Он повернулся к Майклу:
– Иди проверяй последовательность извлечения ЛМ. А я скафандр почищу и только потом займусь чем-нибудь еще.
Майкл по очереди оглядел их двоих и недвижимое тело Люка:
– Господи, срань-то какая.
