Но Юрий по-прежнему стоял, подняв лицо вверх, где за пеленой облаков скорее угадывались, чем были видны далекие вечные звезды.
«Неужели верно, что к ним можно долететь? — Юрий впервые, вот так наяву, задумался об этом и улыбнулся: — Нереальная фантазия. Вот ведь была ракета и нет ракеты… А может, все-таки долетят?»
И назавтра и в последующие дни Юрий снова приходил в читальню. И чем больше читал он Циолковского, тем интереснее ему становилось.
«При больших высотах придется употреблять плотно закрытую кабинку с источниками кислорода и поглотителями человеческих выделений, — писал Циолковский. — Поднятия постепенно зайдут за пределы тропосферы и достигнут… безвоздушного пространства.
Отсутствие там сопротивления воздуха и центробежная сила при скорости движения около 7—8 километров в секунду придадут ракетному аэроплану устойчивое положение вне атмосферы и вне Земли. Прибор делается спутником Земли, маленькой Луной, и устойчивость его такая же, как и какого-нибудь планетного спутника…»
Теперь Юрий выписывал и то, что прямо не относилось к теме его доклада. Он был захвачен множеством новых интересных мыслей великого ученого и хотел непременно все понять, а возможно, и запомнить.
«При кажущемся отсутствии тяжести человек может принять любое направление. Верх будет казаться там, где голова, а низ там, где ноги. Но эта иллюзия со временем пропадает…
Отсутствие тяжести не может повредить человеку…
…Для работ в пустоте и вообще для выхода в эфирное пространство нужны особые непроницаемые для газов одежды, вроде водолазных, с запасом кислорода и поглотителя человеческих выделений».
Рука его устала сжимать карандаш, а он все писал и писал: очень интересно будет рассказать об этом на кружке! Ведь о многом ребята наверняка никогда еще не слышали! Статью ученого Юрий читал как увлекательный приключенческий роман и боялся пропустить что-нибудь самое интересное.
«Скажем еще несколько слов о плане работ, которому должно следовать, чтобы создать небесный корабль».
«А, кажется, начинается самое важное!» — подумал Юрий и вновь схватил карандаш, о котором совсем было забыл зачитавшись.
Юрий полностью переписал основные конструктивные принципы реактивного аппарата. И стал читать дальше.
«Только путем многочисленных и опасных опытов можно выработать систему межпланетного корабля. Все существующие до сих пор проекты только схемы или фантазии».
Юрий дочитал статью до конца и задумался… То, что написано в самом конце работы, показывало сложность всей проблемы. Напрасно он думал, что большую ракету создать просто. Даже великий ученый говорит о тех неимоверных трудностях, которые ждут строителей «небесных кораблей»… «Ну, ничего, мы еще отольем отличный металл и для двигателей, и для рулей, и для корпуса ракет, — думает Юрий. — Надо непременно связать доклад с учебой, со специальностью», — твердо решил он.
Доклад на физико-техническом кружке всем понравился. Но для Юрия этот доклад имел особенный, одному ему понятный смысл: его все неотвязнее и все сильнее преследовала мысль о том, что пора начинать готовиться к службе неба — авиации. Встречая летчика, Юрий теперь улыбался и думал: «Подожди, дай срок, я тоже надену летную форму».
…Четвертый курс был трудным. Все чаще от книг и лекций учащиеся переходили к практическим делам. Техникум послал Гагарина сперва в Москву на завод имени Войкова, а потом в Ленинград на завод «Вулкан» проходить практику в литейных цехах.
