Николай Иванович впервые пробудил в Гагарине интерес к астронавтике.
Возможно, поэтому читанная раньше небольшая, невзрачная на вид книжка К. Э. Циолковского «Вне земли», которую Юрий снова взял в библиотеке, чтобы подготовиться к докладу на кружке, сейчас вызвала лавину мыслей и вихрь чувств.
Чем больше Юрий вчитывался в простые, понятные фразы, написанные немного старомодным языком, тем больше открывался ему новый мир — мир космоса. Сперва он пропускал все, что непосредственно не относилось к теме его доклада — к ракетным двигателям, но потом книга его увлекла, и он возвратился к бегло просмотренным страницам и, уже не пропуская ни одной строки, внимательно прочитал всю книгу до конца.
Юрий подумал о том, что ракетные двигатели — это уже реальность. Он знал о реактивных минометах «катюшах», слышал о немецких ФАУ-2. Значит, можно создать и большие ракеты, которые понесут человека к другим мирам.
Чтобы получше познакомиться с заинтересовавшим его вопросом, он попросил в библиотеке все, что касалось темы космоса и ракет. Кроме еще двух книг Циолковского оказались лишь тоненькие брошюрки, в которых было много рассуждений, но мало конкретных данных о ракетах и двигателях. Юрий быстро выписывал все, что относилось к теме доклада: «Циолковский и его учение о ракетных двигателях и межпланетных путешествиях».
Читальный зал уже опустел, а Юрий все писал и писал в толстую тетрадь в клеенчатом переплете абзацы, которые он, читая, тихонько отчеркивал ногтем на полях:
«Надеюсь, что XX век увенчает и последнее дело: даст ракетопланы, залетающие за атмосферу и обещающие космические достижения»; «Самое название «ракета» уже показывает основу космического корабля»; «Действие реактивного прибора мало зависит от окружающей среды. Ракета поднялась бы в безвоздушном пространстве так же хорошо, как и воздухе»; «За эрой аэропланов винтовых должна следовать эра аэропланов реактивных или аэропланов стратосферы».
Юрий перерисовал из брошюры схему реактивного двигателя, выполненную самим Циолковским. Он быстро понял принцип работы двигателя: выбрасывая газы, ракета с той же скоростью как бы отталкивается от них и устремляется вперед. Ей не нужно никакой опоры, никакой среды, чтобы скользить в пространстве, как самолет скользит по воздуху. Значит, все дело в двигателях: если удастся создать такие двигатели, которые дадут достаточное усилие, чтобы преодолеть тяготение Земли, то ракета может улететь очень далеко. Ведь в безвоздушном пространстве она не будет встречать сопротивления, и горючего можно будет почти не расходовать.
Эти азбучные истины были для Юрия цепью открытий. Он сам пришел к ним, познакомившись с популярной литературой. Кажется, все это просто и понятно. Но почему же тогда ему неизвестно о ракетах, которые бы летали к звездам?.. И снова возникал вопрос за вопросом. Циолковский пишет, что уже в XX веке могут стать возможными такие полеты. А может, уже где-нибудь строятся первые большие ракеты? Ведь есть же реактивные самолеты? Он сам видел однажды такой самолет, точнее, его след в голубом небе… Но самолет — это одно, а ракета — совсем другое…
Ворох беспокойных мыслей шевелился у него в голове, когда он дочитал работу Циолковского «Исследование мировых пространств реактивными приборами». Оказывается, ученый уже давно обосновал возможность овладения человеком всем околосолнечным пространством…
Его раздумья прервал голос библиотекарши:
— Гагарин, сдавайте книги.
Юрий взглянул на часы. Действительно, пора! Как быстро пролетел вечер!.. Сколько новых мыслей вызвали эти книги!
Свежий ночной вечер словно обернул его прохладной, влажной простыней. Над молчаливыми улицами желтыми шарами висели огни фонарей. Изредка по мокрому асфальту проносились машины, разбрызгивая воду. Издалека наплывал перезвон трамваев. Моросил мелкий дождь. Струйки падали Юрию на лицо и неприятно холодили кожу. Он зябко повел плечами и решительно зашагал в общежитие.
Вдруг совсем рядом, в проулке между домами, раздался хлопок выстрела, и воздух с шипением распорола белая ракета.
Юрий вздрогнул от неожиданности. Улыбнулся: «Ребята балуются!» И действительно, за угол стремительно промчались две щуплые мальчишеские фигурки.
А ракета, прочертив в мглистом небе параболический след, вспыхнула в высоте и, потрескивая и разбрызгивая искры, ярко загорелась мертвенно-белым, магниевым светом, озарив все вокруг. Стены, крыши домов, мостовая осветились холодным серебристо-зеленым сиянием. Тени быстро поползли вниз, расширились, и снова все стало серо-синим: ракета, словно рассыпавшись в воздухе, погасла.
