Так состоялось их приобщение к настоящей работе: в ремесленном отливали шестеренки, колеса, а тут первое большое самостоятельное задание… И Юрий был доволен, что они справились.
А как только все они были зачислены в техникум, — новое боевое задание: ехать в колхоз на уборку урожая.
— Поедете километров за 80 от Саратова. Машины придут завтра с утра, — сказал директор.
«Ну что же, очень даже неплохо. Вроде разминки перед учебой», — подумал Юрий.
В колхозе они работали на току, возили зерно на элеватор в Екатериновку. Незаметно промчались две недели, похожие на летний отпуск. Юрию нравилось в деревне: все здесь напоминало ему о детстве…
Возвратившись в город, Юрий зашел в аэроклуб. Но вернулся в общежитие разочарованный: туда принимали только со средним образованием. «Ясно: даешь учебу!» — решил Юрий.
…Быстро летели дни.
Юрию, члену комсомольского бюро литейного отделения, приходилось немало часов тратить на общественные дела, а в свободное время ребята играли в баскетбол, бегали в кино и на стадион «Динамо», который помещался в конце улицы Сакко и Ванцетти, где был техникум. Баскетбол ему сразу очень понравился, хотя первое время не хватало проворства, да и рост был маловат… Но благодаря тренировкам он скоро начинает играть так успешно, что его назначают капитаном команды. А команда все чаще и чаще выходит победителем в городских соревнованиях среди коллективов техникумов.
Юрий упорно идет к главной цели. В техникуме он по-прежнему отличник. Упрямая восходящая прямая — вот линия его жизни. Но сердце его не грубеет. Он скучает по дому, по родным. С удивительной нежностью Юрий пишет матери:
«Мама! Я люблю тебя. Люблю твои руки, большие и ласковые, люблю морщинки у твоих глаз и седину в твоих волосах… Никогда не беспокойся обо мне».
Какая-то особая поэтичность, подсказанная сердцем, есть в этих словах, возможно навеянных романом А. Фадеева о бесстрашных молодогвардейцах. Это нетрудно понять: в техникуме Юрий много читает.
Ч. Диккенс и Л. Войнич, Б. Полевой и Г. Уэллс, Л. Толстой и Ж. Верн, М. Горький и Н. Островский появляются в его библиотечном формуляре.
Юрий словно одержим жаждой знаний. Если бы можно было за год проходить два-три курса, он бы прошел. И все же бывало и так, что уроки приходилось делать наскоро. Однажды Юрий небрежно написал изложение. Он надеялся его переписать. Но получилось по-другому.
Юрий был в этот день дежурным. Когда Нина Васильевна Рузанова вошла в класс, он вытянулся у доски и скомандовал:
— Встать! Товарищ преподаватель, учащиеся группы присутствуют на уроке литературы в полном составе. Дежурный по группе Гагарин.
— Хорошо, Гагарин, садитесь. Садитесь, ребята! Приготовьте домашние задания, — сказала Нина Васильевна и пошла по рядам.
Чем ближе подходила она к столу Юрия, тем больше ему становилось не по себе.
Конечно, ее наметанный взгляд сразу все заметил:
— Разве это план, Гагарин? Я вас не узнаю. И «не хватает» в данном случае пишется отдельно. А где «Заключение и выводы»?
Юрий чувствовал, как краска приливает к лицу. Он встал, опустив голову, и твердо сказал:
— Этого больше не повторится, Нина Васильевна! Работу переделаю.
И Юрий сдержал слово. Хотя, если говорить откровенно, больше всего Гагарин любил не литературу, а физику — науку конкретную и точную. В техникуме физику вел Николай Иванович Москвин, старик, которому было уже за восемьдесят.
Ребятам было известно, что Николай Иванович — автор нескольких научных работ, человек больших и разносторонних знаний. Поэтому ученики его слушались и уважали. Не удивительно, что физический кружок, который он вел, пользовался в техникуме особой популярностью. Занимался в этом кружке и Юрий.
Сохранился примечательный документ — докладная записка, написанная прямым, уверенным почерком преподавателя физики.
«Директору техникума
т. Коваль А. М.
Учащийся группы Л-21 Гагарин в течение 1951/52—1952/53 учебных годов состоял председателем физико-технического кружка, за эти два года сделал три доклада и со знанием дела организовывал самые занятия кружка — ставил на место эпидиаскоп, сделал электропроводку к проекционному фонарю, обучал членов кружка правилам пользования проекционным фонарем и эпидиаскопом.
За указанную работу прошу вынести от лица дирекции ему благодарность с внесением в личное его дело.
15.VI.1953 г.
Благодарность в приказе Гагарину была вынесена. Этот приказ сохранился в архиве техникума.
