Его новый кабинет, честно говоря, был не ахти — тесная комнатушка с голыми стенами, обшарпанный стол, пара стульев да старый сейф. Но после многих лет скитаний и это казалось роскошью. Главное, что здесь было тихо, и никто не мешал ему думать.
А думать было о чём. Ещё недавно он считал себя живым трупом, обречённым на медленное угасание. Его тело, истерзанное годами службы, с каждым днём становилось всё слабее. Магический Дар, некогда мощный и послушный, казался тлеющим угольком, готовым вот-вот погаснуть. Боли в суставах, одышка, постоянная усталость… Казалось, жизнь неумолимо уходит из него, оставляя лишь пустую оболочку.
Но всё изменилось. Теодор Вавилонский… Этот молодой аристократ, появившийся в Лихтенштейне словно из ниоткуда, перевернул его жизнь с ног на голову.
Соболев усмехнулся, вспоминая их первую встречу. Он, опытный сотрудник, привыкший читать людей, как открытую книгу, не мог понять этого парня. Вавилонский казался ему загадкой, человеком, который скрывает гораздо больше, чем показывает. И эта загадка манила его, как мотылька — огонь.
И вот теперь… Теперь он снова чувствовал себя живым. Благодаря «чудесам» Вавилонского, как говорили о них в народе, боль, эта вечная спутница последних лет, немного отступила.
Николай Михайлович, конечно, не верил во всякую мистику, но то, что сделал этот молодой человек, иначе как чудом и не назовёшь. Тело, ещё недавно казавшееся дряхлой развалиной, наполнялось силой и энергией.
Сразу после того, как Николай Михайлович вступил в должность, Теодор заменил ему больные и хрупкие, как стекло, кости. Суставы, скованные артритом, теперь двигались легко и свободно.
И, что самое главное, он вернул ему Дар. Тот самый Дар, который, как казалось Соболеву, был утрачен навсегда. Магические каналы, почти иссохшие, теперь пульсировали, наполняясь живительной силой.
Он с удовольствием потянулся, разминая затёкшие было мышцы. А ведь ещё совсем недавно любое движение причиняло ему боль. Но теперь было гораздо лучше. Примерно на пятьдесят процентов — но и это уже немало.
«Да уж, подфартило мне, старику, — подумал Соболев. — А ведь хотел уже готовиться к земле… А тут такое!»
Николай Михайлович поднялся с кресла и подошёл к окну. За окном, погружаясь в сумерки, раскинулся Вадуц. Город, который он, Оракул, должен был защищать от всех, кто посягнёт на его безопасность.
Он усмехнулся. Да, задачка непростая. Но тем интереснее! Всю свою жизнь Соболев любил сложные задачи. Любил распутывать клубки интриг, разгадывать тайны, находить выход из самых безвыходных ситуаций. И теперь у него появился новый шанс проявить себя.
— Выживание — это авантюра, — пробормотал он себе под нос, вспоминая слова, сказанные когда-то одним старым мудрецом. И в этих словах, как ни странно, была истина.
Вся жизнь Соболева была чередой авантюр. Сначала — служба в Тайной Канцелярии, где каждый день был полон риска и опасностей. Затем — бегство, скитания, попытки скрыться от прошлого. И вот теперь — новый поворот судьбы. Новая авантюра.
Сразу после официального вступления в должность, на него было совершено покушение. Когда Соболев уже собирался лечь спать, к нему в дом ворвались неизвестные. Они были одеты в чёрную форму, их лица скрывали маски. Они напали внезапно, без предупреждения.
Если бы не его реакция и не Дар, который, к счастью, вернулся к нему, он был бы уже мёртв. Нападавшие оказались профессионалами — быстрые, ловкие, с хорошо поставленными магическими техниками.
Но Соболев не растерялся. Среагировал мгновенно, как учили когда-то. Выхватил из-под подушки пистолет, застал своих жертв врасплох и открыл огонь.
Эта история лишь укрепила решимость Соболева. Он понял, что враг не дремлет. И что ему, Оракулу, придётся приложить все усилия, чтобы защитить себя, своих людей и, конечно же, нового главу княжества.
Теодор Вавилонский, конечно, гений. Но он ещё слишком молод. Он не знает, на что способны его враги и вряд ли понимает, как устроен этот мир.
«Да, ты можешь менять кости и возвращать Дар, мой юный друг, — подумал Николай Михайлович, — но есть вещи, которые приходят только с опытом.»
Он достал из ящика стола потрёпанную записную книжку в кожаном переплёте. За годы службы в ней накопилось немало полезного: имена, явки, пароли. Старые связи, которые он поддерживал даже в изгнании. Информаторы по всему миру, готовые за хорошую плату поделиться любыми секретами.
А главное — система. Годами отточенная система сбора и анализа информации, превращающая разрозненные факты в чёткую картину происходящего. Когда-то за это его и прозвали Оракулом — за способность предвидеть события, складывая вместе мельчайшие детали.
Соболев провёл рукой по корешку книжки. Теперь, когда к нему вернулись силы, пришло время стряхнуть пыль со старых контактов. Активировать спящую агентурную сеть. Создать такую систему безопасности, которая сделает Лихтенштейн неуязвимым для врагов.
