Мы опускались всё глубже и глубже, периодически делая на стенах отметки мелом. Ну так, на всякий случай. Конечно, нас, как приличных магов, вело чувство направления, базирующееся на магии, но мало ли что. Магические чувства иногда обмануть проще, чем банальные зрения и слух…
Я остановился, подавая сигнал остальным. Максимально усилил слух, слегка покрутил головой.
— Я ничего не чувствую, — шёпотом произнёс отец Марк.
— И я не чувствую. Зато слышу.
Между стеной и потолком коридора тянулось что-то вроде галереи…
И прямо оттуда к нам с клёкотом метнулась тень, которую я тут же встретил короткой очередью из «бергмана».
Тварь сбило в полёте и отбросило на ступени перед нами, но на удивление — монстр тут же вскочил на ноги. На удивление — потому что бил я хоть и не серебряными пулями, но зато с использованием руны огня.
Хильда выпалила из дробовика, вновь отбросив чудище прочь, но оно вновь вскочило на ноги.
Вспышка ярко-белого света ударила по глазам, но тварь, кажется, её вообще не заметила — святая магия против неё оказалась малополезна, если не сказать больше.
Из-за наших спин со свистом вылетел воздушный щит, уже в третий раз отшвырнув чудище прочь, а затем воздушное копьё пришпилило его к стене.
Я выпустил из рук автомат, заставив его повиснуть на ремне, а сам выхватил из кобуры «штайр» и влепил в раскрытую пасть твари серебряную пулю.
Монстр, что называется, «пораскинул мозгами» и затих.
Ольга призвала воздушное копьё обратно в руку и на всякий случай выставила его поверх щита. Чудище сползло на пол безжизненной кучей плоти и костей.
— Неожиданно, — прокомментировал я, подходя ближе и держа остатки твари на прицеле пистолета.
— Картечь должна была его свалить, — с досадой произнесла Хильда, передёргивая цевьё дробовика и дозаряжая патрон.
— С чего бы это? — хмыкнула Вилли, держа на прицеле магострела галерею. — Ты что не помнишь описания?
— Ну я же не гений этого поколения клана, чтобы помнить всё и вся, — ядовито отозвалась блондинка. — Тем более, про таких редких гадов. Мои знания, эт самое… Более прикладные, во!
— От слова приклад? — невинным тоном поинтересовалась Мина.
— Может, мне всё-таки кто-нибудь скажет, что эта за дрянь? — слегка раздражённо произнёс отец Марк. — Это определённо не отродье Той Стороны — от «святого удара» оно даже не чихнуло. Тогда — что это? К тварям земным оно явно отношения не имеет.
— Ну, к тварям как раз таки очень даже имеет… — сказал я, подходя поближе и доставая палаш. — Тварями мы называем гейстов.
— Это гейст? — уточнила Ольга. — Я не помню таких на Испытании.
— Это гейст, — подтвердила Хильда. — Просто их сотни видов. Даже я не знаю, что это такое.
— Это фремдер, — уточнила Вилли. — И правда редкая штука. Просветить?
Фремдер был явно не тем, что я рассчитывал встретить в зиккурате.
Двуногий, двурукий с длинным сегментированным хвостом, оканчивающимся костяным клинком — он был гротескной пародией на человека. Из-за того, что он передвигался чуть сгорбившись, гейст казался примерно моего роста, но на деле был выше сажени. Безглазая и безносая морда с длинным вытянутым назад черепом, покрытый заострёнными броневыми пластинами, руки и ноги с мощными кривыми когтями. Чёрная кожа — классика в мире моды тварей, а ещё у фремдеров был наружный скелет вдобавок к внутреннему — почти сплошная броня, которую не брали пистолетные пули и картечь. Ну и, конечно же, полная пасть зубов, отменная живучесть, бешеная скорость и хитрость…
Что фремдер немедленно и продемонстрировал, из последних сил попытавшись ударить меня хвостом.
Впрочем, чего-то подобного я ждал, поэтому заблокировал удар щитом, а затем отрубил палашом башку твари.
— Только мне кажется, что сейчас немного неподходящее время и место для лекции по монстрологии? — саркастически осведомилась Югай.
— Ну как сказать, — пожал я плечами, стряхивая с клинка капли харза и убирая его обратно в ножны. — Вкратце — есть новость хорошая, плохая и очень плохая.
— Давай по порядку, — высказалась за всех Ольга.
— Новость хорошая — тварь мертва.
— Как неожиданно, — фыркнула Анна.
— Новость плохая — фремдеры покрыты прочной бронёй. Обычной пистолетной пулей или картечью их можно поразить лишь в некоторые уязвимые места.
— Учитывая, что чудище и правда издохло, эти сведения нам могут пригодиться, если будут и другие, — заметил отец Марк.
— В точку. Они будут. И это очень плохая новость, потому фремдеры — роевые гейсты. Иными словами — в этом зиккурате обитает целый выводок тварей.
— Как много? — спросила Романович.
— Минимум двадцать-тридцать, — ответила за меня Вилли. — И до полусотни. Включая королеву. Обычное дело для крупных роевых гейстов… Но, брат, ты забыл ещё одну хорошую новость. Если здесь гнездо фремдеров, то других гейстов здесь нет. Эти милашки ни с кем не способны ужиться.
