— Так себе радость, — поморщился я и принялся раздавать указания. — Кто может — усиливайте выстрелы магией. Приоритет — чары проникающего характера. Ну или хотя бы ослабляющие и замедляющие. Опять же, кто может — бейте магией. Воздушные копья и клинки должны быть вполне эффективны, как и огонь и лёд.
— Я так понимаю, что брать оружие ближнего боя в расчёте на удобство было ошибкой? — усмехнулся отец Марк, взвешивая в руке секиру. — Может, вернёмся и перевооружимся?
— Мина? — обратился я к сестре и пояснил для экзорцистов, — Во многих вопросах она получше меня разбирается и к её советам стоит прислушаться, я считаю.
— Я бы не рекомендовала сейчас терять темп, — заявила Вилли, перехватывая магострел поперёк груди. — Мы только что прикончили разведчика. Думаю, что и второй отряд тоже столкнулся с таким же. А фремдеры, как и многие гейсты, сразу чуют, когда убивают их сородича. Так что прямо сейчас весь остальной улей просыпается. Пока мы поднимемся наверх, перевооружимся, подготовимся — против нас уже выступит первый эшелон. Когда мы его уничтожим — подоспеют воины, а затем и преторианцы. И тогда нам даже винтовки особо не помогут.
— Ну и чего мы тогда стоим и болтаем? — задал резонный вопрос отец Марк. — Надо действовать.
Где-то в отдалении мой слух засёк шум выстрелов.
— И действовать быстро.
И похоже, что не только мой слух оказался острым.
Планомерная зачистка крипты превратилась в гонку.
Ну… Насколько это возможно, учитывая, что мы находились в логове монстров и бежать наобум вперёд было, мягко говоря, не самой разумной идеей. Но действовать и правда приходилось быстро.
Следующий фремдер напал, тоже прыгнув с галереи.
Я ещё на лету срезал его короткой очередью. Усиленные магией выстрелы пробили толстую хитиновую броню, брызнул чёрный липкий харз. Тварь завизжала, траектория её прыжка сбилась, и гейст покатился по полу. Отец Марк всадил в монстра револьверную пулю, которая оставила в воздухе светящийся в темноте след.
Фремдера пробило насквозь, его тело подпрыгнуло и обмякло.
Один из экзорцистов на ходу добил его короткой абордажной саблей, действуя по нашему примеру — голову долой, из жизни вон.
Следующие двое попытались атаковать нас в лоб.
Одного достала Хильда — пуля двенадцатого калибра попала фремдеру в плечо, начисто оторвав ему левую лапу и отбросив в сторону. Второму всадил пяток пуль в туловище уже я, заставив его замедлиться и рухнуть на одно колено.
По тварям немедленно отработали экзорцисты — одного сковало мощным замораживающим заклятьем, а моего подранка отбросило назад потоком молний, которые начали рвать плоть монстра.
Замороженному метким броском воздушного копья разнесла башку Ольга, второго добил ещё один экзорцист, окатив его потоком жидкого пламени.
Следующий монстр снова атаковал с галереи, зайдя с тыла. С ним быстро справились трое экзорцистов — один спеленал тварь магической сетью, второй нашпиговал чудовище воздушными клинками, а третий сжёг останки огненной волной.
Дальше стало тяжелее — на нас с двух сторон зашли сразу пятеро гейстов.
Первых двоих перед нами я скосил двумя очередями из автомата, а затем добил одного из них остатками патронов в магазине. Второго прикончил отец Марк, крест-накрест махнувший перед собой секирой и разваливший гейста на несколько частей.
Впереди из-за угла вывернуло ещё трое тварей.
Я выпустил «бергман» из рук, заставив его повиснуть на ремне, а сам выхватил пистолет и револьвер. С двух рук открыл огонь по одному монстру, подбив ему ногу, всадив несколько пуль в корпус и пробив голову. Тварь рухнула на пол, вяло шевелясь и издавая полувизг-полуклёкот.
Отец Марк дважды выстрелил, и гейста будто бы приложило ударом кувалды, ощутимо покорёжив.
Третьего я остановил щитом и всадил ему несколько пуль в голову и корпус.
Откуда-то сзади прилетел поток чистой энергии, и показавшийся впереди крупный фремдер разлетелся вклочья.
И всё как-то стихло.
Остальных гейстов тоже добили, ну или, как минимум, перевели в состояние едва шевелящихся останков, с которыми затем быстро разобрались. Пришла и первая кровь — одному из экзорцистов порвало руку костяным клинком, и пока он сейчас шипел от боли, другие наскоро заживляли его рану.
Я убрал револьвер и пистолет обратно, перезарядил автомат, поменяв магазин-«улитку» на прямой коробчатый, и шагнул вперёд. Отец Марк тем временем быстро отсекал головы валяющимся на полу гейстам — секира рубила прочную хитиновую броню словно бумагу.
— Новость хорошая, плохая и ещё хуже, — бодро заявила стоящая позади меня Вилли, указывая на дымящуюся нижнюю половину фремдера чуть впереди.
— Мне уже не нравится, когда начинают так говорить… — проворчала Ольга, отрубая воздушным мечом голову твари.
— Новость хорошая — похоже, что рабочие улья кончаются, — жизнерадостно продолжила сестра. — Новость плохая — вооон тот парень до уполовинивания был не рабочим, а солдатом.
— А новость ещё хуже, что против нас, похоже, не просто улей, а здоровенный улей, — проворчал я.
