– Юра, я вам сказал сделать письмо по образу и подобию. Это не означает, что в письме, адресованном в «ПолиграфЭксперт», нужно заменить слово «баннер» на слово «кружка». Это означает, что сохраняется смысловая нагрузка письма: что наша компания обязуется в определенные письмом сроки рассмотреть демонстрационный образец продукции поставщика и гарантирует своевременное его возвращение, а в случае утраты образца гарантирует возмещение его стоимости. А вот у кого и что мы берем, на какой срок и какова его стоимость – это вы и должны отразить в письме. Хорошо?
– Я понял. Сейчас сделаю.
Железнов развернулся к компьютеру. Надо же и сделать что-нибудь полезное сегодня. Но просуществовало это настроение недолго. За спиной раздалось:
– Разрешите? Я сделал.
Железнов в очередной раз развернулся лицом к Юре и молча протянул руку за письмом. Секунд тридцать пытался вчитаться… Не срасталось.
– Юра, а вы уверены, что фирма называется «ООО Александру Ивановичу»?
– Да.
– А я – не очень. – Железнов протянул Юре листочек. – Проверьте еще раз.
– Хорошо. Сейчас проверю.
Железнов не стал тратить время и разворачиваться к компьютеру. Как оказалось, был совершенно прав – в дверях появился Юра.
– Разрешите?
– Да чего уж там…
– Я проверил. Оказалось, что Александр Иванович – генеральный директор ООО «СР – Планета». Когда я писал письмо, эта строчка исчезла.
– Сама?! Стоять! Уточнять не надо! Верю! Верю, что исчезла. Исправляйте! Нет, стойте! Юра, у меня к вам просьба – на первом этаже меня ждет курьер. Не могли бы вы спуститься и забрать пакет для меня?
– Понял. Сейчас сделаю.
Когда Юра вышел, Железнов нервно схватил трубку телефона и набрал четырехзначный внутренний номер.
– Надя! Юра – твой?! Ты где его нашла?.. А-а… Не повезло… В общем, так, Надя, я назначаю тебя дуплом старого дуба… В том смысле, что мы с Юрой, как и Маша с Дубровским, будем общаться через тебя… Да-да… Уволь… У меня нет столько времени…
– Разрешите?
В дверях стоял Юра с пакетом. Железнов начал нервно ржать под непонимающим взглядом Юры – дело в том, что никакого курьера к Железнову не было. И пакета не было. А вот надо же…
Уже потом нашлись очевидцы, которые видели на первом этаже несчастного курьера, у которого непонятно кто отобрал пакет, который так и не был доставлен адресату.
Вот такой у нас Юра.
– Спокойно, коллеги. – Железнов развернулся к компьютеру и начал набирать текст. – Если кто сейчас и сможет нам помочь, так это Юра. Скажите, кто еще может, не задавая никаких вопросов и времени не тратя даром, бездумно исполнить приказание, невзирая ни на что и ни на «кто». А? Мысли есть?
– Что ты задумал? Тем более от моего имени? – Наум на секунду оторвался от мониторов.
– Суд присяжных. – Железнов продолжал печатать.
– В каком смысле?
– В прямом! – Железнов обернулся. – С приговором в виде шкурки банана.
– Саша! Хватит говорить загадками! Что ты задумал? Какой суд?! Какая шкурка?!
– Отвечаю – банана, – Железнов продолжал быстро набирать текст.
– Сань, хватит, а?
– Хорошо. Хватит, – Железнов закончил печатать текст и отправил его на печать. – Объ-яс-няй-ю. Сейчас – главный вопрос…
Железнов остановился, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Ага, извините.
Достал из кармана вибрирующий телефон, взглянул на абонента:
– Очень хорошо. Владимир Евгеньевич, ну что?.. Нечто подобное я и ожидал… Да, конечно, вызывайте, но… как-нибудь неэнергично, без эмоций… Ну, чтобы приехали они часа через полтора-два, когда все будет закончено… Вот-вот… Спасибо вам.
– Нашли что-нибудь? – не выдержал Андрей Борисов.
– Да. У Лысенко, пресс-атташе Бородиной, обнаружен снаряженный шприц. Под брюками – прихвачен к голени резинкой. На второй ноге – следы от резинки. Так что с ним вопрос практически решенный. Он задержан, по всему зданию идут поиски второго шприца… пустого. Начальник службы охраны, Владимир Евгеньевич, связывается с соответствующими службами. Поэтому… возвращаясь к напечатанному, главный вопрос сейчас – принимала ли во всем этом участие Анастасия Бородина, номер двенадцатый?
– И как сейчас ты собираешься это выяснить?! Допрос с пристрастием?! Когда? Где?! И кто в это время будет заниматься эфиром?!
– Наум, ты – Гений! – Железнов протянул руку в сторону Наума. – Ты совершенно четко обозначил практически все проблемы. А посему! Секундочку…
Железнов вышел и вернулся с распечатанным листочком.
– А посему действовать будем следующим образом: во-первых, я сейчас написал текст о том, что: а) мы все знаем; б) она под контролем; в) у нее есть шанс во всем признаться и помочь следствию, для чего она должна назвать имена финалисток, против которых запланированы акции устранения, и в каком виде. Дата, подпись.
– Она не подпишет!
– А нам этого и не нужно!
– В каком смысле? Зачем тогда это?
– А вот тут-то и состоится, собственно, суд присяжных. Смысл сводится к тому, что мы записываем на две камеры крупным планом ее лицо во время чтения этого текста. А потом… Потом все мы, находящиеся в аппаратной, при покадровом просмотре определяем – знакома она с содержательной частью текста или нет.
– И ты думаешь, что мы сможем это понять?
