– Еще только восемь часов, Джош. Мы все же не настолько дряхлые, чтобы укладываться в это время.
Мама продвигается все дальше по коридору, несмотря на мои протесты.
– Дело в том… – начинаю я.
– Извини, мы не знали, что у тебя гости! – Мама замечает Эмму, которая вышла в холл посмотреть, из-за чего переполох. – Привет, ты Джесси?
– Нет, я Эмма.
Она выглядит смущенной.
– Привет, Эмма, я – мама Джоша.
– Здравствуйте… Как дела? Я не знала… Джош не сказал мне, что его родители присоединятся к нам сегодня вечером, – она озадаченно смотрит на меня.
– Я сам не знал, что будут родители, – мямлю я.
– Вы живете неподалеку?
– Нет, дорогая, мы живем здесь.
– Я думала, это дом Джоша.
– Да, Джош живет здесь с нами.
– Но это, конечно, не его дом. Он просто живет здесь бесплатно, – уточняет папа.
Эмма смотрит на меня, и я быстро опускаю голову, избегая ее взгляда.
– Да у вас тут рыба с жареной картошкой! А для нас что-нибудь осталось? Умираем с голоду. – Папа проходит в гостиную.
Я бегу за ним.
– Пап, поужинайте в столовой. Можешь забрать всю эту картошку, – я пытаюсь вывести его из комнаты.
– Чем больше народу, тем веселее, верно? Я уверена, Эмма не возражает, чтобы мы с папой присоединились к вам, – кричит мама.
Эмма стоит как вкопанная, она все еще сбита с толку происходящим. Мама и папа идут на кухню, и я уже было подумал, что они все-таки решили оставить нас с Эммой одних, – но тут они возвращаются с тарелками, столовыми приборами и стаканами.
Прежде чем я успеваю это остановить, оставшуюся картошку уже разделили на четверых. Мама и Эмма прижимаются друг к другу на одном диване, папа и я – на другом.
– Так откуда вы двое знаете друг друга? – спрашивает мама.
– Мы познакомились на… – начинает Эмма.
– Эмма тоже живет в Кэдбери, – перебиваю я.
– Ты никогда раньше не упоминал об Эмме. Значит, это свидание? Ты не говорил, что с кем-то встречаешься, – взволнованно шепчет мама через всю комнату.
– Ты же знаешь, что тебя все слышат, мама.
Я хочу провалиться сквозь землю.
– Ты сейчас такой скрытный, не то что в школе, когда с радостью рассказывал нам о своем дне. Я помню, как ты приходил домой и рассказывал нам, с кем разговаривал на переменке…
– Я ни с кем не встречаюсь, – мямлю я, чувствуя, как краснею.
– Ну я, например, думаю, что это здорово, что ты ушел от Джейд.
Теперь Эмме интересно, кто такая Джейд.
– Мам, ты можешь остановиться?
– Извини его, Эмма, я не понимаю, почему он сегодня в таком плохом настроении. Расскажи нам о себе. Чем ты занимаешься?
– Я парикмахер. Точнее, стажер в парикмахерской. Работаю на Хай-стрит, – говорит Эмма, совершенно сбитая с толку происходящим.
Похоже, я все же кое-что узнаю о ней на этом свидании, не задав ни единого вопроса. Папа тем временем уплетает рыбу, которую у меня отобрал.
– А где ты живешь?
– На другом конце деревни. Знаете те дома за церковью?
– Да, знаю. Я хожу на йогу с женщиной, которая там живет. Сьюзен, кажется?
– Да, это моя мама.
– Вот забавно! Как тесен мир. Значит, тебе не стыдно жить с родителями, в отличие от кое-кого другого? – она указывает вилкой и подмигивает мне.
– Нет, мы очень хорошо ладим.
Итак, нам обоим по двадцать с лишним, но мы все еще живем с родителями. Похоже, это единственное, что у нас есть общего.
– Могу я спросить, какой у тебя знак зодиака?
– Мам, я думаю, вопросов уже достаточно.
– Эмма не против, а ты?
Эмма беспомощно улыбается в ответ.
– Знаешь, просто подожди меня здесь. Я схожу за картами Таро и сделаю расклад на тебя…
– О, очень любезно с вашей стороны… Но я должна… мне завтра рано на работу, так что мне, наверное, пора, – робко говорит Эмма.
– Может, сначала доешь? – мама похлопывает ее по коленям. После появления моих родителей Эмма практически не притронулась к своей картошке.
– Нет, я не голодна. Но спасибо.
Она вскакивает и направляется в коридор, чтобы забрать пальто.
– У нас есть свободная комната, так что можешь остаться, чтобы не возвращаться в потемках, – предлагает мама, следуя за ней по пятам.
– За комнату всего сорок девять фунтов в сутки, – вмешивается папа с набитым ртом.
Я не уверен, что он шутит. Затем он даст ей прайс-лист на прокат полотенец и поздний выезд.
– Ох, Гэри, не шути так… Кстати, подвези Эмму домой, – предлагает она и поворачивается к Эмме: – Не хочу, чтобы ты возвращалась одна.
– Честное слово, все в порядке…
– Я не собираюсь принимать «нет» в качестве ответа. Поторопись, Гэри.
Папа разочарованно оставляет свою тарелку и хватает ключи от машины.
– Надеюсь, еще увидимся, – говорит мама, обнимая Эмму на прощание.
Эмма, уже на полпути к двери, решает не обнимать меня.
Мы с мамой стоим на крыльце и машем моей паре из Тиндера, которую папа отвозит к ней домой. Она сидит на переднем сиденье с окаменевшим лицом.
Зря я боялся, что Эмма может оказаться странной. Странным из нас двоих был я. Бедная девочка.
– Что это такое? – спрашивает Джейк, входя в паб. Он указывает на детскую коляску рядом с нашим столиком.
