– Ты иди устраиваться. На столе в номере найдешь расписание – там все мероприятия, которые ждут гостей. В четыре обед. Маму найдешь на втором этаже…
– Нет-нет, с ней я увижусь на обеде. Так лучше. А сейчас приведу себя в порядок.
– Вот и отлично!
Анна пошла к лестнице, а Вяземская и Лопахина переглянулись.
– Сюрприз. Как ты думаешь, какой? – спросила Лопахина.
– А это неважно, главное – она здесь. Помнишь, как Софа переживала, когда твои сыновья приезжали. Она скучает, хоть и виду не показывает.
– Конечно. Ей труднее, чем нам. Мы с тобой вроде и уехали, а все под боком, в получасе езды. А ее Аня далеко, к ней не смотаешься на полдня.
– Зина, когда ко мне Лена с Анатолием приехали, я чуть не расплакалась. Вроде и обиделась на них, и жизни своей хочется, и понимаю, что молодые должны сами по себе жить. А как увидела, подумала, что вот прямо сейчас вернусь, только бы рядом с ними быть. И с внучками.
– Ты не ругайся на них и не обижайся. Они ведь не просто так с собой девочек взяли. Они о тебе подумали. О том, что ты захочешь их увидеть.
– Да, я хуже о них думала.
Вяземская вспомнила о том, как несколько дней назад вдруг случилось то, чего она никак не ожидала. На улице были сумерки, она находилась в одном из номеров и убеждала Никиту поменять освещение. Ольга Евгеньевна говорила, что затрат совсем немного, зато казенные, стандартные комнаты при помощи скромных настольных ламп превратятся почти в домашние.
– Понимаете, зима, холод, а здесь уютный полумрак.
– Ох, Ольга Евгеньевна, ну это же деньги!
– Никита, не очень большие, я все посчитала, ну негоже в жилом помещении устраивать освещение операционной.
– Ох! Даже не знаю. – Никита подошел к окну и обрадованно воскликнул: – К нам гости! Уже, первые гости. Машина дорогая, целая семья.
– Ну, встречайте, Никита, а я сейчас тут все приберу и спущусь, – устало сказала Ольга Евгеньевна.
Никита, довольный тем, что разговор о настольных лампах прекратился, сбежал по лестнице, и уже снизу послышался его оживленный голос:
– Мы очень рады видеть вас. Прошу к администратору, она сейчас все оформит. Хорошо, что с детьми, у нас есть где погулять, и санки есть, и лыжи. Все, что хотите.
Он что-то еще хотел добавить, обращаясь к семье с двумя девочками, но Ольга Евгеньевна, показавшаяся на лестнице, его перебила:
– Никита, это ко мне. Это моя дочь, зять и внучки.
Говоря все это, она очень радовалась, что солидно выглядит сейчас. Что надела тонкое шерстяное платье с белым воротничком и что («Слава богу, Леля, ты помолодела на двадцать лет!») отрезала свои длинные волосы. Теперь у нее была коротенькая стрижка, резвые завитки которой придавали лицу задорный вид.
– Мама! Ну наконец-то! Ты подстриглась! – Дочь Лена осталась верной себе.
– Ольга Евгеньевна, вы потрясающе выглядите! – зять Анатолий не мог скрыть восхищения.
– Бабушка, ты что, стала молодой?! – закричали внучки.
– Дорогие мои, – легко сбежала к ним по лестнице Вяземская, – дорогие мои девочки!
Она обнимала внучек и старалась не расплакаться.
Никита Звягинцев был понятливым и душевным.
– Очень рад, очень рад вас видеть здесь. Должен сказать, что без Ольги Евгеньевны мы бы тут не справились. На ней столько всего лежит, что, боюсь, она совсем не может вас навещать. Но это моя вина! Только моя. А потому приглашаю вас пожить здесь. Ну хоть пару дней. Больше не могу предложить – ждем большое количество гостей, надо все подготовить. Но эти выходные – ваши. Выбирайте любой номер. Ольга Евгеньевна, устройте ваших близких, и я вам даю два отгула. Никакой работы – гуляйте, отдыхайте, общайтесь. А я прощаюсь, меня дома сегодня заждались. Пятница все-таки.
Никита галантно попрощался со всеми, подмигнул Вяземской и выплыл с поистине королевским достоинством.
– Ну, пойдемте, я вам покажу ваши апартаменты. – Вяземская направилась во флигель, где находились номера для постояльцев с детьми.
– Ольга Евгеньевна, спасибо большое, но я оплачу наш отдых, – зять Анатолий был неумолим. – Иначе сей же час уезжаем. Правда, Лена?
Вяземскую перехитрить не удалось – эти вопросы всегда решал Толя, а потому обращение к жене было просто вежливостью.
– Толя, как ты считаешь нужным, так и поступи. Можно и не платить.
– Мне удобней заплатить, тем более, как я понимаю, этот ваш бизнес только набирает обороты, – Толя усмехнулся.
– Правильно понимаешь, – улыбнулась Вяземская.
Эти два дня стали настоящим праздником. Никто из членов семьи ни разу не вспомнил о прежних распрях, никто никого не обидел, каждый старался быть предупредительным и ласковым. Через пару часов напряжения все почувствовали облегчение – быть добрыми друг к другу оказалось очень приятно.
– Если вам потребуется деловой совет, обращайтесь, – молвил зять Анатолий, ведя тещу, закутанную по брови в бледно-сиреневый палантин, по заснеженной аллее, – и вообще, звоните чаще. Приезжайте. Девочки скучают.
– Спасибо, Анатолий. Думаю, придется обратиться за помощью. И приезжать буду.
