Жорж открыл банку и россыпью бросил глаза в девушек. Яблоки глаз покатились по полу. Девчонки шустро хватали их и запихивали себе в манду и анус. Земфира схватила гирлянду с сушеными ушами и носами и постепенно начала заправлять ее внутрь своего обширного влагалища. Гирлянда поместилась вся. Подползла на четвереньках Арбенина и схватив зубами кончик гирлянды, высовывающийся из клитора, потянул веревку себя. Кукан медленно полез наружу, доставляя Земфира неслыханное наслаждение. Чтобы усилить кайф, Земфира подобрала с пола бутылку из-под текилы и всадила ее себе в жопу. Арбенину пялила, в свою очередь, Гей Германика, пристегнувшая к бедрам большой розовый колючий страпон, похожий на булаву. Это шипастое дилдо протянул ей негр Жорж. Оно было универсальным - можно было пристегивать, а можно было использовать как самотык. Это дилдо хозяин особняка купил еще в те времена, когда жил в Германии.
Для гостей мне ничего не жалко!ВОТ к примеру От сердца оторвал этот прекрасный розовый фаллос. Столько лет мне служил безотказно и все как новенький, - комментировал Сорокин свою щедрость, не прерывая видеозаписи.
*-*-*-*-*+*+**+-*--
Тут к Сорокину приехала еше одна гостья - Маша Гайдар. Пожаловала с Украины. Инкогнито пробралась в тайне от российских спецслужб. По канализационных трубам и каналам пробралась. Сеть говнотечек пока ещё не имеет пограничных блок-постов, поэтому никаких проблем с таможней не возникло. Маша привезла мастеру бутылочку хорошего вина.
- Дарю тебе, Владимир Георгич, бутылку хорошего кахетинского вина. Кинзмараули. Это подарок от господина Саакашвили, советником у которого я тружусь, - сказала Маша Гайдар и чмокнула писателя в щёчку. Сороока поставил бутылку вина на стол и похлопал слегка по заднице политической активистки, а ныне эмигрантки.
- Присоединяйся к нам. Горячо проведем время.
- Не могу. У меня месячные.
- Так это даже хорошо. Я так люблю менструальную кровь. Вытащи на память мне тампон. Ты тампоном или проклпдками пользуешься.
- Прокладками.
- Оставь мне на память одну с твоей пачкотнёй. Буду помнить о тебе, переживать за тебя, изменницу Родины.
- окей. Отвернитесь.
Сорокин отвернулся. Мария залезла рукой под юбку и вытянула из-под панталонов прокладку, подцепив её пальцем за крылышки. Прокладка была насквозь пропитана менструальной вишневой жидкостью. С неё даже капало.
Мария протянула средство гигиены Владимиру Георгиевичу и он начал внюхиваться в использованную салфетку.
*-*-*-*-*-*----+-**
Поменяв карту памяти в цифровой видеокамере, и вновь включив запись, хозяин обратился ко всем:
- А теперь, друзья, давайте ляжем на пол, образовав круг. И будем дарить друг другу тепло и ласку.
Сорокин попросил Жоржа поставить пластинку с песней Криса Кельми "Замыкая круг". Послышались слова эпичного текста:
"Свой мотив у каждой суки,
Свой мотив у каждой шлюхи.
Ты найдешь один ответ
И сделаешь минет".
Гости послушались Сорокина, залезли под стол. Кто-то из них вляпался в говно. Кто-то сел голой жопой в лепёшки, оставленные после соревнования Шнура и Пахома. Кому-то в жопу или в пятку вонзилась вилка или стекло от разбитого фужера или осколки от бутылки шампанского. В сердцах Епифан схватил скатерть и стянул её с длинного стола, на пол посыпалась вся посуда вместе с остатками сомнительных яств. Опрокинулись и разбились уцелевшие во время дебоша Панина тарелки, салатницы, ковши, блюдца, чашки, рюмки, бокалы, фужеры, пиалы. Негр Жорж, а вместе с ним Нагиев, Джигурда и ещё кто-то засуетились, забегали. Начали отодвигать стол, расчленяя его на части. Табуретки со стульями из человеческих костей убрали в спальню, нагромоздив их друг на друга. Помещение освободилось. Мёртвых торчков, Павленского и Разоренко, откинувшихся от передоза, оттащили в коридор и там бросили.
- Завтра придётся хоронить. Дурачки. Кто так делает? Пришёл в гости - и кони двинул. Пиздец. Подстава сплошная, - выругался Сорокин, глядя на то, как выносят покойников.
- Забудь о них. Они - конченые дегенераты. Насрать на них, - успокоил Сорокина Пахом, который дрочил своей правой рукой, а левой ковырялся в носу.
Епифан помог мужикам разобраться в доме, а потом извинился и сказал, что свободное время у него закончилось, и он должен ехать:
- Завтра съёмки в новом фильме. Я играю коменданта крепости. Я должен быть в форме. Так что больше не могу. Как-нибудь без меня справитесь.
- Ну ладно, пока, Епифан. Спасибо, что приехал, - Сорокин попрощался с Епифаном и не стал его даже провожать. Епифан ушёл, не закрыв за собой ни дверь, ни калитку. На улице его уже ждало такси.
*-*-*-*-*-*-*-*-
