Девушка фыркнула. Сложно было
– Тан Эрнесто, девушку любили двое, а она выбрала одного?
– Это очень романтический вариант, Тони. Попробуете еще раз?
– Пожалуйста. Девушка никого не любила, а выбрали ее родители?
– Уже ближе.
– Девушку любили только вы?
– Не были б у меня руки на руле, я бы поаплодировал. А так – простите, отвлекаться не хочу, – рассмеялся Эрнесто. – Все правильно. Влюбленный по уши щенок – и второй щенок, которому до ужаса хочется отобрать косточку у первого. Что, собственно, и произошло.
– Ну да. Карраско породистые, а вы первый в своей линии. Правильно?
– Абсолютно. Фаусто Карраско посватался к Сарите для внука, Дюран не отказали, наоборот, обрадовались. А я доучился и уехал.
Тони промолчала. Представила себя на месте Эрнесто и от души посочувствовала. Ей предстоит нечто подобное – с Дженио. Только она не сможет уехать. И о ее чувствах хотя бы никто не знает, гордость спасена…
Она молчала. Просто коснулась рукава куртки из добротной, но не слишком дорогой ткани. Не сочувствие, нет. Спустя столько лет оно ни к чему. А вот понимание…
– Все в порядке, Тони. Это было давно и не со мной. Некроманты часто умирают.
Тони кивнула.
Забавно, но эта поговорка употреблялась не только в прямом смысле. А еще…
Когда ходишь за Грань и смотришь в глаза Смерти, в тебе что-то меняется. И необратимо. Год назад был один человек, а сейчас уже совсем другой. И вспоминаешь себя, прежнего, даже с тоской. А ведь хороший был… только вот – был. И куда что девается?
Потому и нужны некромантам якоря.
Дом, дети, любовь… Лассара на любовь и сделали ставку. Чтобы не изменяться вовсе уж безвозвратно. Карраско – нет. Что ж, это их право.
– Освальдо вами заинтересовался, – нарушил молчание Эрнесто.
– Да?
– Вы – Лассара. И с даром, хотя он думает, что непроявленным.
– И? Он женат на этой… Сарите?
– Как сказал Освальдо, жена рожает ему только девочек. И без дара.
– Ага. А я могу родить мальчика и с даром, – огрызнулась Тони с непонятной Эрнесто горечью. – Да пошел он…
Грубые слова и уличный жест удивительно не шли к девушке. Но про Освальдо лучше не скажешь. А потому Эрнесто сделал вид, что ничего не заметил.
Тони в своем праве, а он ее предупредил. И не до Освальдо сейчас. Девчонку жалко, Паулу. И сына с таким грузом на душе оставлять не хочется, он Амадо знает. Вот Эудженио уже все забыл, это видно. А Амадо так и будет себя грызть…
А вот и Хрустальный грот.
Ни влюбленных парочек.
Ни музыкантов.
Ни даже сторожа.
В оборудованном на скорую руку временном лагере сидят четыре человека. Тан Адан Аракон, врач и двое мужчин, по виду – полицейские. Горят костры, лежат две собаки, что-то варится, распространяя вкусный запах – поисковиков кормить надо.
– Тони? – удивился Адан. И вдруг схватился за сердце. – Ты… дома все хорошо?
– Насколько может быть. Альба с матерью, там же Амадо, а я вот приехала к вам, дядюшка, – Тони отвечала уверенно, пока Эрнесто разговаривал с полицейскими. – Паулу не нашли?
– Нет.
Адан не мог выдавить из себя больше. Он прекрасно понимал, чем это чревато.
Замерзнуть, переохладиться, заболеть… свалиться в расщелину, где-то застрять… сколько бед может случиться в пещерах?
Лучше об этом и не думать. Паулина, девочка, где же ты?! Сердце Адана болело… доченька, родная…
Тони погладила дядю по руке.
– Я сюда на всякий случай. И вам нужен хоть кто-то рядом, и когда Паула найдется, ей наверняка понадобится женская помощь.
Не если. Когда. Никаких сомнений в благополучном исходе. Тан Адан погладил Тони по руке.
– Спасибо, детка.
Именно здесь и сейчас он принял племянницу в семью. Не на словах, не на бумаге.
По-настоящему.
Что такое семья? Это общие интересы, это готовность стоять друг за друга против всего мира, это поддержка и понимание, доверие и спокойствие. Это люди, которые поставят твои интересы вперед своих. Это те, кому ты доверишь спину.
Так было для Даэрона, так было для Адана.
Здесь и сейчас Тони тоже стала родной для своего дяди. Но оценила ли?
Антония не стала ничего говорить, она молча поискала в корзине и вытащила теплый плащ. Адан Аракон уехал днем, тогда было тепло и солнечно. А сейчас время к ночи, закат уже догорает, и с моря ветер ледяной. Так что теплый плащ, перчатки, шляпа – слуги все положили. И даже…
– Оденьте, дядюшка.
– Тони, мне неловко…
– А воспаление легких ловчее будет? Пауле ваша забота потребуется, а вы сами сляжете? Помочь?
– Спасибо, не надо.
Адан Аракон смирился и принялся стягивать сапоги. Тони пронаблюдала, как он надел тонкие, но очень теплые носки из козьего пуха, и довольно кивнула.
Вот так!
Она такие же надела, кстати говоря. Поэтому ей тепло и уютно.
– Тан Адан.
– Тан Эрнесто. Благодарю вас…
– Оставьте, тан. Не до красивостей. С вашего разрешения, я ненадолго умыкну вашу племянницу.
– Зачем? – напрягся Адан.
Риалон мне друг, конечно, но… что это за прогулки с незамужней девушкой по ночам?
– Попробую один некромантский ритуал провести.
– Паула жива!
– И ее надо скорее найти. Только я боюсь, сил не хватит, а вот Тони согласилась меня поддержать. Если получится – поиски быстрее закончатся.
– Спасибо, Эрнесто. Тони…
