Я уже битый час не могу подавить нервозность, которая окутывает меня в присутствии Никеи. Я не понимаю, чем она вызвана, скорее всего, это отголоски позавчерашнего насилия и бессонных ночей. Ника дружелюбна и внимательна, в некоторых моментах даже вкрадчиво-ласкова, иногда мы прерываемся от планирования предстоящего мероприятия и заводим разговор о детях, который сейчас охотно поддерживает даже Штейр, ему ведь скоро тоже предстоит познать трудности отцовства. Мы даже натянуто шутим, описывая ему «радость» бессонных ночей, пеленок-распашонок и двусмысленности того факта, что с появлением ребенка доминант у Ассаи будет уже не он. Но чтобы его это как-то смутило и испугало? Юрий счастлив настолько, что уже одно это позволяет мне на миг вырваться из своего периметра черного отчаяния, погреться в этих светлых лучах и нырнуть с головой в работу. Рассказ Никеи о том, как ее сын однажды запустил пожарную сигнализацию в школе, сменяется уточнением деталей предстоящего раута и так же плавно переходит на особенности воспитания детворы. Наш мир именно такой, здесь соединяются, казалось бы, две несовместимые грани, но нас это давно не шокирует.
- Трое из двадцати двух, - откидывается на спинку кресла Никея, – притом состоящие в отношениях. Не нужно быть оракулом, чтобы понять, кто станет покупателем. В финансовом плане это бесподобно, но для соискателей лишено какого-либо смысла.
- Четверо новеньких с удовольствием поучаствуют, каждая из них пришла сюда с целью найти себе Верхнего, – Юрий слегка пожимает плечами. - Алекс всегда скептически относился к подобным мероприятиям в силу того, что членские взносы большинству сабочек оплачивают наши вип-клиенты, предпочитая оставаться в тени. Это создаст необходимый антураж на аукционе, но те, кто действительно задался целью найти себе партнера, могут почувствовать себя обманутыми. Я не вижу смысла сейчас прозванивать базу девчонок и выслушивать отказы, нам нужна более стабильная программа мотивации. И особо остро стоит проблема бисексуалов, у нас не готовы раскрываться до такой степени.
- У меня есть идея дополнительной мотивации - розыгрыш абонемента, но нужно еще раз обдумать все нюансы. Лавров плохо понимает, чего именно хочет. – Ника улыбается, а я представляю себе выражение лица Димы, если бы он вдруг это услышал.
- Может, нам выставить мэра города как отдельный лот для самой дорогостоящей сабы по итогам аукциона?
Я еще могу шутить. Просто уму непостижимо, но я оказалась права – только погружение в работу сможет на время разогнать мои мрачные мысли в ожидании неизбежной встречи с Лавровым. Осталось продержаться полчаса, скоро Ева вернется домой, и мне хочется верить, что я смогу отвлечься при виде одной ее улыбки.
Никея бросает на меня долгий задумчивый взгляд. Мне плевать, хотя я вру себе – сердечко сжимается, и я поспешно допиваю холодный кофе. Сегодня суббота, никто не планировал не то что появляться в клубе, но и собирать совещание. Надеюсь, мне простят это своеволие, мы ведь работаем на благо общего дела. Альфа-домина скорее довольна тем, что мы работаем, а не сидим по домам, на нее как-то странно действует упоминание Лаврова. Словно ей меня жаль, но она считает ниже своего достоинства вмешиваться.
- Спасибо, что не отказали мне сегодня, - улыбаюсь, понимая, что не смогу больше выдерживать присутствие Ники, которая, кажется, знает все. – Встретимся в понедельник и, я уверена, достигнем ошеломительных результатов.
Я отставляю пустую чашку в сторону, предвкушая встречу с дочерью. Я еще многого не знаю.
…В ослепленном весной городе идет мелкий дождь. Колеса черного «порше кайена» мягко пружинят по брусчатке главной улицы. Ему даже не нужно сбавлять скорость, правительственные мигалки заставляют других участников автомобильного движения жаться к обочине, пропуская повелителя города вперед. Сегодня он решил сесть за руль сам, у его колесницы бронированное стекло, только он всегда страхуется от непредвиденных обстоятельств – впереди и поодаль, не сбавляя скорости, несутся два «брабуса» со штатной охраной. То ли обычная мера предосторожности, то ли усиленная вследствие недавнего стихийного митинга, целью которого было брать штурмом мэрию и линчевать мэра, покрывающего коррупцию. Новоявленные революционеры не знают, что могло быть хуже, да им и невдомек – харьковский Брюс Уэйн проявил чудеса фальшивой дипломатии и завоевал толпу своей показательной храбростью, когда вышел на трибуну и свел конфронтацию до уровня двусторонних переговоров. Сегодня у него законный выходной, но он давно забыл о том, что они положены по закону, он привык решать дела сразу, по мере поступления.
