Внизу — каменные плиты. Упадешь — разобьешься насмерть. Тоже свобода. Не хуже участи, уготованной убийцей невезучего Алессандро. В грядущую ночь Великой Мерзости, чтоб ей!
Ветер качнул Анж, весело надул черные тряпки…
И понес ее прочь. Медленно набирая высоту. Оставляя башенки монастыря внизу. И любимую привычную крышу. Самую любимую — в нелюбимом месте.
Анж и впрямь летит! Потому что на раме не «тряпки», а и впрямь — крылья. Художник не солгал и не ошибся!
И пронзительно заныли мышцы рук. Тренировала их, тренировала, но для такого — недостаточно.
Беглянка летит. Ввысь и прочь. Под яростные крики солдатни. Под вопли: «Ведьма!»
Конечно, ведьма. Не монахиня же, в самом деле. Они не летают. И уж тем более — не мастерят сами крылья.
Повезло, что ветер обвил юбки вокруг ног. Мог ведь и задрать. На радость солдатне внизу.
Под их бессильные вопли.
И под одиночные — уже не бессильные! — выстрелы. Быстро же они опомнились.
Потому что летит беглянка
А вот пули точно поспешат. И догонят.
Боль обожгла спину, левое ребро, правый бок… Мир закружился ледяным вихрем, осталось только упасть… но ветер не подвел. Хоть в этом. Ему ведь всё равно, кого нести — живую или мертвую.
Ведь сама же решила: смерть или свобода. Главное — не змее на корм, правильно? Не конечная гибель души и торжество проклятого дяди?
Только бы выдержала рама. К счастью, стреляли в беглянку, а не в крылья. Предпочитали убить, чем упустить.
А теперь Анжелика уже недосягаема.
Позади остается город в темно-багряной дымке. Самый подходящий цвет — для того, что в нем творится. Спасительная ночь никак не падает на город, зато воцарилась перед глазами.
И теперь крылья Анж и впрямь — Алые.
Глава пятая.
Мэнд, Тайран.
1
В Аравинте горели летние костры. А в черном саду Мэнда мечутся черные тени.
Арабелла помнила ту крышку погреба над головой. И орду врагов — еще выше. Только тепло рук Грегори и Вита тогда спасало от безумия. Только их намертво сцепленные ладони. И теплое дыхание во тьме,
А теперь рядом — один Вит. А в саду темные тени ждут гостей. Но не хозяев. Тех здесь уже нет. Здесь теперь не осталось живых.
Арабелла опоздала всего на несколько часов. Приди посланцы короля сейчас — ледяные стражи спасли бы людей. Но при свете дня они — почти бессильны.
Зато сейчас — полны сил. Когда уже не нужно никого спасать. Зато вполне можно уничтожить.
Например, встретить здесь. И предупредить.
А затем — окружить кольцом.
Не было смысла сюда лезть. И как же невозможно сейчас просто уйти.
Ни потому, что это трусость, ни потому, что
А незваные гости побудут зрителями. Слушателями.
Шорох позади едва не вырвал крик. Вит крепче сжал ее руку. А Белла-то еще считала себя смелой!
Но Ледяные передвигаются бесшумно.
Кроме них, здесь двое живых и четыре клинка. Конечно, идти в последний бой Арабелла предпочла бы с Грегори. Но раз его сейчас здесь нет — может, хоть выживет?
Нет.
Двое — спина к спине. Белла и Вит. Кого бы не подпустили к ним Дети Ночи — мало ему не покажется и от
Бояться здесь нужно не смерти, а королевского плена. А уж от него-то с наступлением сумерек новые
Впереди — Змеи и их холуи, позади — Дети Ночи. А где-то рядом шуршит… кто? Мэндское безумие захлестнуло теплые огни Вальданэ. Свет дней и пламя закатов, костер во дворе и тепло камина. Любовь, дружбу и покой.
Холод, холод — здесь кругом только холод. Посреди лета и обычно теплой осени.
И страх.
— Вы — люди?
Еле-еле слышный шепот. Да, обычный человек из плоти и крови здесь — редкая драгоценность. И предмет охоты. Всех и каждого, кто не люди.
Арабелла склонилась над невезучим мальчишкой. Куда невезучее ее самой. Она худо-бедно прожила гораздо дольше. А в его годы у нее еще была не только мама, но и живой папа. И благополучная жизнь в Вальданэ.
— Пожалуйста… мне велели прятаться… но я больше не могу…
Велели⁈ Сколько часов он пролежал в темном шелестящем саду? В двух шагах от убийц и похитителей? Ожидая сумерек… и
Предупредил Арабеллу
И второе Порождение Ночи обошло их вокруг. Столь же юное, прекрасное… и отталкивающее.
— С нами не воюют.
— Вы сказали, что не враги, — опередил Беллу Вит.
Она бы прошипела что позлее.
— Не враги. Нам нужен мальчик.
— Нет! — оскалилась Арабелла. — Вы забыли? Он — брат вашей Анжелики.
— И брат нашей Княгини. Он нужен нам для смерти, но не своей. Мы вернем его живым.
— Мы пойдем с ним, — вновь успел раньше Вит.
— Хорошо. Ты его прикроешь.
