Сопровождаемый телохранителями в лице трёх офицеров Кровавого Пакта и двух локсатлей, Сагиттар Слэйт спешил обратно во дворец. Он бранился и сквернословил, ушибленный и потрясенный мощными выстрелами, которые принял на себя его личный щит.
Когда он стремительно пронёсся в свои личные апартаменты, пол начал вибрировать. Близился рассвет, и наверху первые волны бомбардировщиков достигли Уранберга. Слэйт медленно повернулся к своим приближенным, в его глазах пылала ярость. Офицеры Кровавого Пакта тряслись от страха за железными масками, и даже воины-ксеносы прикрыли свои мигательные вторичные веки. Слэйт открыл было рот, но не его злость поразила их.
Град выстрелов автоматической очереди из лазгана мгновенно убил офицеров Кровавого Пакта и без ущерба взорвался о щит Слэйта и отражающие шкуры двоих локсатлей.
Человек стоял в заднем дверном проёме комнаты. Имперский солдат, наполовину замотанный в рваную камуфляжную накидку, нацелил свой лазган на них.
- Из какого ада ты вылез? – взъярился Слэйт.
- Из Танита, - сказал Маколл, и выстрелил снова.
Слэйт прошёл сквозь выстрелы невредимым, локсатль сбоку от него лишь вздрогнул, его двойные веки мигнули от лазерных разрядов, а конечности вытащили игольчатые бластеры.
- Лазган? – сказал Слэйт. – Я защищён, а локсатль поглощает лазерный огонь. Тебе не повезло, следовало подготовиться получше.
- О, это лишь отвлекающий манёвр, - сказал Маколл, указывая своим лазганом. – Настоящий сюрприз под этим столом.
Игольчатые бластеры локсатля выплюнули град смертоносной мелкокалиберной дроби, которая взорвала дверной проём и стену за ним. Маколл уже стремглав ушмыгнул из поля зрения.
Слэйт наклонился и заглянул под стол. Он увидел связанные проволокой шесть трубчатых зарядов на таймере.
- Нет! – закричал он. – Нееееееет!
Взрыв обрушил потолок парадной комнаты. Личный щит Слэйта смог продержаться одну целую тридцать четыре сотых секунды, прежде чем сокрушился силой взрыва. Сагиттар Слэйт всё ещё орал от ярости, пока испарялся.
Фэнтин с его воздушными океанами и бурным Скальдом известен своими штормами, но величайший шторм, захлестнувший Уранберг этим утром, был делом рук человека.
В тусклых, лиловых отблесках рассвета столпы густого чёрного дыма и вздымающихся огненных шаров венчали город, небо было заполнено лазерным огнём, трассирующими снарядами и низколетящими ракетами. Стаи атакующих самолётов, словно рои насекомых, летели на бреющем полёте над городом сквозь взрывающиеся очереди зенитного огня. Разверзшийся ад светился тускло-красным через зазубренные пробоины в основных куполах.
Возглавляемые группами пикирующих «Сорокопутов», основные силы дирижаблей и десантных барж штурмовали Имперскую посадочную платформу и открытое пространство Полей Павии. Тысячи имперских гвардейцев высаживались под затихающим обстрелом из укреплений Уранберга и огневых точек купола Альфа. Орудийные турели на баржах тряслись и сверкали, когда те зависали и их рампы с грохотом падали, чтобы извергнуть штурмующие войска на ревущих «Химерах» и «Мантикорах» Урдешского Седьмого бронетанкового.
Стоял невообразимый грохот. Ужасающее смешение звуков, из которого с трудом можно было выделить отдельные шумы. Как только рампа его баржи опустилась, Гаунт повёл своих людей в бой, решительно размахивая силовым мечом. Они никогда бы не услышали его голоса.
Подразделения урдешцев заняли посадочную платформу после серии жестоких перестрелок и ужасающих рукопашных стычек. Призраки Танита, ведомые на западе майором Роуном и на востоке – капитаном Дауром, зажали наземные силы Кровавого Пакта, оборонявшие Проспект Полиандронов, и открыли дорогу на сам Уранберг.
Дирижабль «Скайро», поддерживаемый тяжеловооруженными «Мародёрами»-ганшипами, сманеврировал над куполом Бета и высадил по тросам фэнтинские и урдешские войска на главную газовую фабрику. Отряд, лично возглавляемый майором Фазалуром, захватил и удерживал главный фабричный комплекс, встретив ожесточённое сопротивление врага, пока Гаунт не прорвался через врата Урангейт и выдвинул подразделения танитцев и урдешцев, чтобы вызволить его.
На востоке вторичный штурм переместился на главный аэродром города. В течение примерно часа схватка здесь была наиболее интенсивной и яростной во всей битве. Крассианцев дважды отбрасывали, пока они не смогли окончательно зажать и разгромить остатки Кровавого Пакта.
Цена была высока. Около двух тысяч имперских гвардейцев погибли, большинство – крассианцы и урдешцы. Потеряно сорок самолётов. Дирижабль «Эол», героически стоявший на месте, чтобы обеспечить крассианским подразделениям высадку достаточного количества войск для третьей и последней атаки на купол, был расстрелян западными батареями Уранберга. Затем дирижабль накренился, горящий и неуправляемый по направлению к куполу Гамма, где упал и взорвался. Весь экипаж погиб. Колоссальный взрыв выбросил громадное кольцо горящего газа ввысь и дочерна опалил западную сторону купола Гамма.
