Сборы Элайна завершила быстро, не так уж и много было тех вещей, которые она не доверяла слугам. Так что, подумав, решила сделать еще одно необходимое дело. Предвкушающе улыбнувшись, она вышла в коридор…
— Дорогой братик, как же я за тебя переживаю!
Лежащий в постели Ларс с подозрением глянул на бодрую сестру. Рядом суетился врач, который все что-то говорил, что молодому господину хоть и лучше, но все же тревожить и волновать его не стоит, температура может подняться. И что вообще пока лучше его не посещать, чтобы не заразиться.
Элайна кивнула и сплела перед лицом аурную защиту. Врач глянул, вздохнул, но все же поднял руку и проверил, направив несколько импульсов своей аурой. Кивнул.
— Только недолго, юная госпожа.
— Ты ведь скучал по мне, братик? — Дождавшись, когда врач выйдет, девочка плюхнулась на стул перед кроватью.
— Нет, — твердо отозвался тот, все еще глядя на сестру с подозрением.
— Какой ты бука. А ведь я переживала о тебе. Как МАЛЕНЬКИЙ ребенок поддался на слабо, вступил в спор с другими ДЕТЬМИ. И вот сейчас твоя младшая и любимая сестра вынуждена вместо тебя ехать по герцогству, как герцогский представитель.
— Это когда ты стала моей любимой сестрой?
— Ой, да ладно тебе. Все еще вспоминаешь тех лягушек у себя в комнате?
— Ты сказала, что это заколдованные принцессы, и я должен их поцеловать, чтобы расколдовать и тогда, по твоим словам, у меня будет гарем!
— А ты что, поверил? — невинно похлопала глазками Элайна.
— Нет! Но ты сказала об этом при моем друге Эде! Они потом полгода меня доставали с вопросом, когда я уже их познакомлю со своим гаремом!
— Твой друг трепло. Это же он рассказал об этом всем остальным. Я тебе сразу говорила, что он не друг тебе.
Ларс устало вздохнул.
— Навестила меня?
— Еще нет. Я, в общем-то, спросить… На что хоть спорили? Детский спор, или что-то серьезное? Взрослое? Хотя, о чем это я, конечно же, очень-очень взрослое… Как сам спор.
— Ты ведь теперь постоянно будешь мне об этом напоминать? — обреченно спросил Ларс.
Элайна с улыбкой кивнула.
— Мы же семья, братик, значит, должны помогать друг другу. В том числе и помогать не забыть ошибки, чтобы лучше на них учиться.
— Что ты хочешь?
— Перо. То, которое ты купил у проезжающего купца.
— Перо? — удивился Ларс. — И всё?
— Ага.
— И тогда ты перестанешь говорить о моем промахе?
Элайна изобразила, как вдевает нитку в иголку и этой иголкой зашивает себе рот.
— Эх, вот если бы ты так сделала на самом деле, — мечтательно протянул Ларс. — Ладно, можешь забрать его. Оно вон там, за ширмой в вазе на столе стоит.
— Спасибо, дорогой братик, я тебя люблю!
— Зачем оно тебе, хотя бы можешь сказать?
— В шляпу воткну. Всегда мечтала о шляпе с пером. А тут такое роскошное, яркое…
— Я его первым заметил!
— И отказался уступить любимой сестренке? — Элайна уже прошла за ширму и вернулась, держа в руке роскошное перо какой-то птицы. Пышное, красочное, хотя и не очень длинное.
— Любимой сестренке уступил бы.
— Ага. А я тебе сказала, что перо все равно будет моим. — Девочка помахала им перед собой. — А тебе оно все равно было не нужно, из вредности купил.
— Ладно-ладно, каюсь, был не прав, дорогая любимая сестренка.
— Забыл добавить, что я еще и умная. Я не вступаю в дурацкие споры и не купаюсь в ледяной воде.
— Ты же обещала!
— Обещание вступит в силу, когда я покину комнату, а пока я буду стараться вдолбить в тебя, что спорить плохо, что кто спорит, тот ума не стоит. — Элайна оглянулась на дверь, потом аккуратно из кармана платья достала кусочек тортика и положила на столик перед кроватью. — Вот, специально для тебя стащила с кухни. Выздоравливай.
Ларс устало улыбнулся. Было видно, что у него снова начала подниматься температура. Так что девочка торопливо поднялась.
— Ладно, отдыхай и выздоравливай, — девочка вышла из комнаты и аккуратно прикрыла дверь.
Отряд кавалерии ворвался в полуразрушенную деревню посреди леса и замер. Двое, явно из офицеров, судя по доспехам, отделились от отряда и проехали в центр деревни. Один из них, загоревший до черноты лет тридцати пяти мужчина, осмотрелся, привстав в стременах. Второй остался сидеть, но осматривался не менее внимательно.
— Тут как минимум уже год никто не живет, Картен, — заметил он.
— Вижу, — буркнул первый, снова устраиваясь в седле. — Как и в тех четырех, что мы обследовали до этого.
Спутник командира нервно огляделся.
— Я себя в этих лесах не очень хорошо чувствую. Нам точно нужно было забираться так далеко на территорию гарлов?
— Нужно было кое-что проверить. Убедиться, что я прав.
— А… А ты прав?
— К сожалению, да. Возвращаемся.
— Картен! Да послушай же! — Кавалерист догнал командира. — Можешь пояснить, что все это значит?
— Почему гарлы в этом году не начали свои набеги?
— Ну-у… У них же там какая-то заваруха с этим вождем… как его там…
— Лат, Харт! Нужно знать противника. А Лат… Я как-то встречался с ним на ярмарке… Он приезжал к нам на обмен товаров со своими… Он кто угодно, но не идиот. Таких людей надо знать, особенно если они твои противники.
