— Он ваш. Единственное, что попрошу, — он должен быть живым для суда.
— Суда, ваша светлость?
— Мы же не варвары, чтобы просто убить человека, даже за дело. Естественно, суда… Открытого. Куда нужно будет пригласить всех значимых людей города и… представителей городских цехов.
Все уставились на девочку в изумлении.
— Опять ваше шоу? — поинтересовался Дайрс.
— Как хотите, так и воспринимайте, — буркнула Элайна. — Все равно мне трудно будет объяснить. Но это важно для нас. Люди должны нам верить. А если вдруг ни с того ни с сего сейчас Строж нахватает уважаемых людей, которые вдруг раз — и помрут… Нет, все должны знать, за что их арестовали. И мы должны представить доказательства.
— Опять ваши игры, ваша светлость, — вздохнул капитан. — Но пусть будет по-вашему. Я уже успел убедиться, что ваши игры бывают крайне полезны.
— Это не игры, граф! — сердито буркнула Элайна. — Вы не понимаете, насколько важно доверие людей в такой вот ситуации, как у нас. А, ладно. Строж, постарайтесь там.
— Сделаю, ваша светлость. — Строж, в отличие от капитана, не сомневался и одобрительно кивал на инициативу маркизы. Даже стал глядеть на неё с искренним уважением. Граф Ряжский это заметил и стал задумчиво поглядывать на Строжа. Что-то записал в свою тетрадь. — Тогда у меня всё.
Некоторое время все помолчали, обдумывая последнюю информацию.
— Что у нас еще? — наконец прервала молчание Элайна.
— Герб, ваша светлость, — заговорил Коштен. — Резчики закончили делать панно с новым гербом города. Оно готово. Вы просили сообщить об этом.
— Отлично! — Элайна даже хлопнула в ладоши. — Отправьте гонца в магистрат, пусть сегодня после полудня соберутся в зале заседаний… Коштен, они успеют к этому времени прикрепить панно там?
— Вполне.
— Отлично. И да, пусть его прикрепят и накроют чем-нибудь. И веревку вниз. Чтобы я могла потянуть за нее и скинуть покрывало.
Коштен удивленно глянул на девочку, но кивнул.
— Сделаем, ваша светлость.
— Вот. Значит, после полудня заседание магистрата города, на котором я собираюсь выступить.
— Гонца отправлю, — кивнул Дайрс. Даже не спорил, давно уже решил, что когда дело касается разных, как говорит леди «шоу», лучше всё оставить ей и не мешать. Тем более все эти «шоу» обороне города не мешают.
Элайна выражение лица капитана поняла правильно.
— Чем бы дите ни тешилось, лишь бы не плакало, да, капитан? — поинтересовалась она. — Вы ведь и про флаг так говорили, и про встречу послов.
— Просто наш капитан — вояка до мозга костей, — ехидно заметил граф Ряжский. — И никак не может понять, что война ведется не только на стенах города. Моральное состояние населения города в его выкладках обороны не учитывается.
— А знаете, я тут припомнила еще одно выражение знаменитого полководца… «На войне три четверти успеха зависят от моральных факторов и только одна четверть от материальных сил».
— Я ни в коем случае не возражал против ваших инициатив, ваша светлость, — отбивался Дайрс.
— Выражение на вашем лице возражало, — заметила Элайна. — Даже граф Ряжский заметил.
Капитан посмотрел на графа как на предателя. Тот слабо улыбнулся и развел руками.
— Возражало, тут трудно спорить.
— У леди всегда находится подходящее выражение, проверить которое мы не можем, — пробурчал Дайрс.
— Полагаете, я их выдумываю? — вскинулась Элайна.
— Нет, ваша светлость, — отомстил капитан. — Они слишком умные.
Элайна даже рот раскрыла от негодования, силясь что-то сказать. Но с ходу ничего в голову не приходило. Граф Ряжский откровенно веселился, наблюдая за этим противостоянием.
— Могли бы и помочь своему сеньору, — буркнула Элайна, глядя на графа Ряжского.
— Как ваш верный вассал, я верю в вас, ваша светлость. Вы сами справитесь, — очень серьезно отозвался тот в ответ.
— Справились с маленькой, — пробурчала девочка.
Уже выходя, услышала вопрос Строжа к капитану:
— Ваша милость, а не слишком ли вы к леди? Я имею в виду не грубо ли к дочери герцога… Хм…
Капитан хмыкнул.
— Вы просто её плохо знаете, Строж. Наша леди, человек крайне своеобразный. А такие вот пикировки на грани она просто обожает. Вы же не думаете, что если бы ей что-то не нравилось, она не дала бы это знать? Сейчас вот, уверен, будет придумывать, как мне отомстить. Отомстит и будет ходить довольная целый день. А довольная леди — спокойствие для всех нас.
Элайна торопливо удалилась, мысленно гадая, действительно ли она настолько предсказуема? Впрочем, глупо думать, что взрослый опытный человек не сумел бы разобраться… Но всё равно немного обидно. А месть нужно будет придумать получше…
Перед заседанием магистрата Элайна напрягла Мари, чтобы та помогла ей принарядиться.
— Ничего роскошного, просто приличное платье, — велела она. — И попроси подготовить карету.
Мари чуть не прослезилась от счастья. Сколько уже говорила, что леди стоит передвигаться по городу как положено, а не верхом в не пойми чём. После всех прений, Мари уже смирилась с упрямством госпожи и ворчала уже просто потому, что так положено. Как утром пожелать «доброго утра», а вечером «спокойной ночи». Элайна даже и не обращала на это ворчание внимания.
