Госпожа Ван уже знала, что произошло в кабинете Кэ-мина. Подобные вещи в этом доме очень быстро распространялись. Она догадывалась о цели прихода невестки, ко нисколько не боялась ее. В подобных делах у нее был немалый опыт, и она знала, как действовать. Она пудрилась перед зеркалом и в ответ на слова Цянь-эр пробормотала что-то, не прерывая своего занятия.
Служанка стояла у ней за спиной, ожидая распоряжений. Госпожа Ван услышала шаги госпожи Шэнь, но не стала первой здороваться с ней и сделала вид, что очень занята туалетом, и, только когда госпожа Шэнь подошла к ней и она в зеркале увидела ее улыбающееся лицо и услышала сердечное задушевное «сестрица», она, улыбаясь, ответила. Госпожа Ван не ожидала увидеть ее в таком настроении.
— Ну, сегодня я, можно сказать, отвела душу. Здорово я посмеялась над Кэ-мином, Цзюе-ину тоже как следует досталось, — самодовольно сказала госпожа Шэнь.
Ничего подобного госпожа Ван не ожидала, но это было ей приятно. Однако ей пока не были ясны истинные намерения госпожи Шэнь, и, желая прозондировать почву, она с нарочито безразличным видом сказала:
— Говорят, Цзюе-цюнь тоже безобразничал.
— Цзюе-цюнь ничего особенного не сделал, он ведь только потом вмешался в ссору. А затеял все Цзюе-ин. Кэ-мину нечего было сказать, — улыбалась госпожа Шэнь. В этой улыбке сквозило самодовольство.
Такой ответ окончательно рассеял подозрения госпожи Ван. В душе она была очень рада, но с напускным безразличием сказала:
— Что посеешь, то и пожнешь. То, что ты позлила Кэ-мина, совсем неплохо.
Она велела Цянь-эр подать полотенце и потерла им губы и виски. Госпожа Шэнь села за стол поближе к окну и спокойно наблюдала за госпожой Ван. Госпожа Ван окончила туалет, посмотрела в зеркало, смочила голову туалетной водой, встала и обратилась к госпоже Шэнь:
— Шэнь, сядем там, пусть Гао-сао приберет на столе. Госпожа Шэнь поднялась и пошла за госпожой Ван в маленькую заднюю комнату, где стояли стол, стулья и чайный столик, недавно купленные Кэ-анем. После того как они сели, госпожа Ван приказала Цянь-эр налить чаю и набить трубку.
— Сегодня Цзюе-ину крепко досталось. Этот негодник совсем распоясался. Что вздумает, то и говорит, что захочет, то и делает, — хвасталась госпожа Шэнь, желая показать, что она может усмирить Цзюе-ина и Кэ-мина.
— На этот раз ты поступила правильно, Кэ-мину просто-напросто нечего сказать, — нарочно похвалила ее госпожа Ван. В душе она совсем не уважала госпожу Шэнь и сейчас про себя с насмешкой подумала: «Глупая».
Госпожа Шэнь не догадывалась об этом и приняла ее похвалу за чистую монету.
— Собственно говоря, я сама бы не додумалась, — скромно сказала она. — Это я извлекла урок из того случая в прошлом году, когда ты разделалась с Цзюе-минем.
Госпожа Ван вдруг изменилась в лице, но быстро подавила неудовольствие. В прошлом году она избила своего сына, а сказала, что это сделал Цзюе-минь, и пошла скандалить к его мачехе, госпоже Чжоу. Однако желаемого она так и не добилась. Сама она расценивала это как свое позорное поражение и не любила, когда другие напоминали ей об этом случае. Сейчас госпожа Шэнь опрометчиво заговорила о нем. Она сделала это без всякой задней мысли, но госпожа Ван подумала, что она умышленно насмехается над ней. Хотя ей было неприятно, но она не подала виду и, изобразив улыбку, сказала:
— Ну, зачем такие похвалы? Разве мне сравняться с тобой! У тебя, наверное, все это ловко получилось. Расскажи-ка! — Последние слова Она произнесла совершенно искренне — ей очень хотелось знать подробности сегодняшней истории.
Госпожа Шэнь, конечно, не могла упустить такого случая. Она рассказала все с начала до конца, не преминув приукрасить кое-что. Дойдя до того момента, когда Кэ-мин оказался в затруднительном положении, она еще что то ввернула, и они вместе с госпожой Ван стали звонко смеяться.
— Кэ-мин последнее время очень плохо себя чувствует. На этот раз ты, право, могла совсем его уморить и оставила бы нашу красавицу Чжан вдовой, — пошутила госпожа Ван.
— Красавица? Разве она может сравниться с тобой? — возразила госпожа Шэнь. Она говорила, не замечая своей лжи и глядя на худое лицо госпожи Ван с широким лбом и сильно выдающимися скулами. — Неплохо, — продолжала она, — если Кэ-мин умрет. Хотя он теперь не решается вмешиваться в наши дела, но все-таки причиняет кое какие хлопоты, да и нравоучения его порядком надоели.
— Но если Кэ-мин умрет, то Кэ-дин совсем распояшется, — заметила безразличным тоном госпожа Ван. Госпожа Шэнь видела лишь улыбку на ее лице и не уловила в ее словах скрытой иронии.
— Хоть он и жив, но мало чем мне помогает. Например, в истории с Си-эр опять же я пострадала, — со злостью ответила госпожа Шэнь. Она говорила искренне.
Госпожа Ван, видя, что невестка не поняла смысла сказанного, перешла на другую тему.
— Шэнь, ты знаешь, что Кэ-ань с Кэ-дином завтра хотят привести на ужин Сяо Хой-фана?
Сяо Хой-фан был известным исполнителем женских ролей в Сычуаньской труппе.
— Правда? — оживилась госпожа Шэнь, она сразу же забыла о Кэ-мине.
