Курт появился в дверях и замер, глядя на Джессику. На несколько долгих мгновений Джессике показалось, что тот её не узнаёт. А потом лицо Курта изменилось, став моложе на добрый десяток лет. Он рванулся вперёд и, подхватив Джессику на руки, закружил.
– Ты пришла… – шептал он, покрывая лицо Джессики поцелуями. – Поверить не могу, что ты пришла.
В эту секунду что-то надорвалось у Джессики в груди. К глазам подступили слёзы, к горлу – ком. Она обняла удерживавшего её мужчину и вжалась лицом ему в плечо.
– Я не думала… – выдавила она из себя, – что ты настолько ждёшь.
Курт, казалось, не слышал её. Не выпуская Джессику из рук, он понёс её по коридору, так что та при всём желании не сумела бы разглядеть места, куда попала. Джессика и не хотела. Её не интересовало ничего, кроме державших её уверенных горячих рук.
Оказавшись на кровати, Джессика покорно приподнялась навстречу рукам Курта, стягивавшим с неё футболку.
– Даже не буду спрашивать, что это, – пробормотал тот и приник губами к груди Джессики.
Джессика вплела пальцы в его волосы и подалась навстречу, обхватила бёдрами бёдра Богарта, прижимая вплотную к себе.
Зубы Курта болезненно впились ей в сосок, будто наказывая.
– За что?.. – выдохнула та.
– За то, что так долго решалась, – пробормотал Курт и продолжил её целовать.
– Всего одну ночь… И то я не дотянула до утра.
– Слишком долго, – упрямо повторил Курт, поднимаясь поцелуями к её шее, втягивая губами чувствительную кожу у ключицы. – Моя…
Джессика с трудом оторвала его от себя, мгновение удерживала лицо Курта ладонями, заставляя смотреть себе в глаза, а потом приникла губами к его губам.
Руки Богарта умело избавили её от джинсов, лишь ненадолго выпустив из-под тяжести тела Курта, чтобы уже через минуту тот снова придавил Джессику собой.
Курт не разменивался на ласки. Джессика чувствовала по тяжелому дыханию, по бешеному стуку сердца в прижавшейся к ней груди, что Курт сейчас так же плохо соображает, как и она сама.
В одно мгновение Джессика растаяла в обжигающем мареве, заполнившем её до краёв. Она чувствовала, как Богарт двигается внутри, и толкалась навстречу, вжималась в партнёра изо всех сил – даже когда тот перестал двигаться и обмяк, Джессика продолжала лежать, прижимая его к себе, наслаждаясь тяжестью накрывшего её горячего тела.
– Курт… – прошептала она и потёрлась о щёку Богарта виском.
Тот ничего не ответил. Он долго ещё продолжал лежать так, прижимая Джессику к себе и чувствуя, как пальцы любовницы до боли стискивают его спину.
– Я никуда не уйду… – только и прошептал он, но никак не попытался Джессике помешать.
Джессика открывала глаза медленно и только потому, что чувствовала, как золотистые лучики осеннего солнца скользят по векам. Она бы ещё лежала и лежала, если бы солнце не принялось слишком уж сильно припекать, потому что впервые за долгое время чувствовала себя в полной безопасности.
– Не пойду сегодня в школу… – пробормотала она, хотя эту самую школу бросила ещё в девятом классе, убедившись в том, что уроки ни капли не помогают выжить в каменных джунглях Тагерхока.
Матрас, на котором она лежала, был несравненно мягче всего, на чём Джессика спала последние несколько месяцев. Вытянув руку в сторону, она обнаружила, что устланная шёлковыми простынями кровать к тому же простирается так далеко, что края не нащупать даже кончиками пальцев. В последний раз, когда Джессика лежала в такой, ей пришлось уйти, не дожидаясь утра, и в ту ночь всё было иначе. Сам запах чужого тела, лежавшего рядом, вызывал отвращение. Теперь же малознакомый, но приятный аромат обволакивал её, и хотелось остаться в нём навсегда.
Джессика приоткрыла глаза и, запрокинув голову, посмотрела в окно. Кроны деревьев, заслонявшие большую часть неба, уже покрылись золотистой листвой. Высоко в голубом небе, озарённом мягким светом полуденного осеннего солнца, чинно проплыл хеликоптер.
Джессика потянулась, мечтая о том, чтобы время остановилось, застыло в невесомости, и ни прошлое, ни будущее больше никогда не напомнили о себе. Впервые за долгие годы Джессике не требовалось никуда идти, и потому, немного освободившись от сонного дурмана, она задумалась о том, что хотела бы сделать сама.
Спустя мгновение Джессика помрачнела, потому что в мыслях её тёмной махиной промелькнула фигура Дэвида, который наверняка ждал отчёта, новостей или ещё чего-нибудь, о чём Джессика думать абсолютно не желала.
– Пошёл он к чёрту! – пробормотала Джессика и снова закрыла глаза, но тут же услышала мужской голос совсем рядом с собой:
– Кто?
Джессика замерла, мгновенно охваченная миллионом сомнений: не ошиблась ли она где-нибудь? Возможность того, что она выболтала что-нибудь относительно Ордена, пока спала, Джессика решительно отмела. Зато тут же осознала, что находится в чужом доме. Что условия договора, который предложил ей Дэвид, слишком радужны. Что в них наверняка имеется какое-то «но». И что Дэвид наверняка ожидал от неё большей активности, чем сон до полудня.
