– Чего ты так боишься? – Курт взял в ладони её руки и на мгновение поднёс к губам. После этого короткого жеста силы окончательно покинули Джессику, и она поняла, что никогда не сможет признаться в том, что пришла в этот мир, чтобы причинить Богарту зло.
– Я боюсь, что если ты узнаешь обо мне всё, то откажешься от меня. Решишь, что я твой враг…
– А это так?
– Нет! Ветры или Драконы… Да кто угодно, Курт… Я хочу быть с тобой. Если бы только я точно могла знать…
«…Что они не причинят тебе вреда», – Джессика запнулась, так и не договорив до конца.
– Тогда успокойся, – Курт запечатлел на её запястьях ещё один лёгкий поцелуй. – Я никогда не брошу тебя. Я тебя люблю.
Позавтракав, они взяли двух ящериц – по территории санатория никто не перемещался на технотронном транспорте – и отправились делать обход. Руины замка виднелись вдалеке, и Джессика то и дело поглядывала на них.
Когда Курт заметил этот взгляд, и Джессика поняла, что тот ждёт от неё пояснений, она сказала:
– Знаешь… Я никогда не верила в сказки.
– Вообще никогда? – уточнил Курт, и губ его коснулась усмешка.
– Совсем. Мне не приносили подарков на рождество, так что Санта Клаусы были не для меня. Тем более… драконы и летающие острова.
Улыбка продолжала играть у Богарта на губах.
– Я тоже никогда не верил в сказки, – отворачиваясь и глядя на горизонт ответил он. – Если бы мне кто-то сказал, что в жилах моего отца течёт драконья кровь, я бы, наверное, ударил его по лицу.
Джессика натянула поводья, направляя ящерицу следом за Куртом – в небольшой овраг. Руины замка на некоторое время исчезли из виду, а Джессика сказала:
– Но ты всё же привык знать, что драконы существуют. – Она помолчала и продолжила: – Нет, я могу понять драконов, как символ: мощь, сила и власть… – она снова замолкла и тихонько добавила: – Тебе очень подходит. Ты – настоящий дракон.
Усмешка промелькнула у Курта на губах.
– Я больше чем наполовину человек. Хотя, конечно, драконья кровь – как огонь. Она легко пожирает всё, что попадается ей на пути.
– В том-то и дело… Я могу поверить в таких драконов, как ты… Но в то, что целый народ крылатых ящеров обитал в небесах…
– Они умели принимать облик людей.
– Зачем? Ведь люди для них – более слабый, немощный народ.
– Не знаю, – Курт пожал плечами и чуть улыбнулся: – Может, в небесах им не хватало места?
Джессика покачала головой. Так и не поняв, шутит её спутник или нет, она надолго замолкла.
Крепость, в которой они побывали накануне, абсолютно точно не могла быть построена людьми. Её архитектура, высокие своды гигантских залов и таинственные охранные руны на стенах – всё это было создано нечеловеческой рукой. И Джессика, которая успела повидать немало разных миров, вынуждена была признать, что это место ни на что не похоже.
– Как ваш мир может настолько отличаться от других миров, куда можно попасть через Врата? – спросила она, когда они уже развернули ящериц и неторопливо двигались к жилым корпусам. – Всё, что мы видели до сих пор, различалось по культуре, история разных обществ могла быть разной, но всё-таки все они были населены людьми.
– Всё, что открыли люди, было населено людьми. Тебя ничего не удивляет? – с усмешкой поинтересовался Богарт.
– Не понимаю тебя.
– Мы слишком непохожи на вас. Именно поэтому некоторые из нас так стремятся отгородиться от других миров Сети.
– Или просто потому, что это обеспечит им власть, – эта версия казалась Джессике куда более правдоподобной, и она вздохнула.
– Власть – само собой. Но люди желают власти не ради самого факта обладания ей. Каждый из нас хочет перекроить мир на собственный лад.
– Ты не похож на такого человека, – не сдержав улыбки, заметила Джессика.
– Напрасно ты так считаешь. Я знал, зачем иду в политику, и делал это осознанно.
– И зачем? – Джессика вскинулась и с любопытством посмотрела на него.
– Боюсь, – улыбка Курта стала грустной, – тебе мои слова покажутся слишком красивыми. А я не хочу, чтобы ты думала, что я лгу.
Они больше не говорили до тех самых пор, пока не подъехали к зданию, которое Курт и называл «клубом». Внешне этот корпус мало отличался от других, но когда они передали крауфаксов смотрителю и вошли внутрь, то вместо обычного холла, тонущего в полумраке, оказались в просторной гостиной, освещённой несколькими изысканными люстрами. Здесь стояли столики, вокруг каждого размещались кресла. Тут и там лежали журналы, книги, портсигары. На двух стенах висели плазменные панели, но в это мгновение они были выключены.
Стены располагались так, что Джессика легко потерялась в пространстве – на одних висели зеркала, другие обрывались ни с того ни с сего, образуя ниши. Людей не было видно, кроме, разве что, одного: Дорен Стилфенд сидел за столиком в одной из ниш и листал журнал.
– Ты так уверен, что это хорошая идея – знакомить меня с друзьями твоего отца? – не выдержала Джессика.
– Вы уже познакомились. Осталось закрепить результат. Не капризничай, Джессика, нам предстоит серьезный разговор.
