Помещение, где она оказалась, не походило на тюрьму. Щёлкнув выключателем, Джессика обнаружила, что интерьер выполнен в духе основного здания – респектабельный и традиционный. Шёлковые обои с изображением переплетающихся листьев покрывали стены там, где не было лакированных деревянных панелей. Низенькие торшеры слабо мерцали по углам. Заглянув в комнату, Джессика увидела, что подобная неброская роскошь властвует и там.
«Я не имею права рисковать», – снова простучало в голове, и Джессика стиснула зубы, чтобы не закричать. Она пыталась представить, что будет теперь, но никак не могла.
Слабую надежду вселяло то, что она всё-таки оказалась здесь, а не в подвале, наподобие того, где убили Бетси. А также то, что никто не пытался её обыскать. «Впрочем, – равнодушно отметила она, – я ведь не пронесла в этот дом ничего, на чём мог бы быть жучок». Одежда, в которой она пришла к Курту месяц назад, была утилизирована в первые же дни. Поначалу Джессике было жалко её, но Курт сказал: «Я хочу, чтобы ничего не напоминало тебе о той жизни, которой ты жила без меня. И ты хочешь этого, раз ничего не взяла с собой». В то мгновение Джессика почувствовала, как от этой необычной заботы по сердцу разливаются покой и тепло. Теперь при воспоминании об этом моменте слабая улыбка скользнула по губам – насмешка над собой. Курт, безусловно, продумал всё. Он тогда уже подозревал, что пускает в дом крота, и хотел обезопасить себя.
К своему удивлению, Джессика обнаружила, что это второе лицо недавнего любовника вовсе не злит её – напротив, восхищает. Как и та мистическая сила, которую Джессика однажды на себе ощутила.
Она вздохнула и, ещё раз оглядевшись по сторонам, решила, что, пока время замерло и неизвестность не позволяет действовать, было бы неплохо воспользоваться случаем, чтобы принять душ, немножко отдохнуть и, возможно, поесть.
Джессика скинула с себя свитер. Сняла юбку и аккуратно развесила на подлокотнике дивана. А затем, на ходу стаскивая остатки одежды, двинулась в ванную.
Под струями воды Джессика стояла недолго – после дороги её сразу же стало клонить в сон, и она поспешила выбраться из душа, пока её не сморило окончательно.
Оглядевшись по сторонам, она обследовала шкафы и нашла в одном из них чистую и лёгкую пижаму, состоящую из футболки, рубашки и просторных брюк. Поразмыслив, Джессика решила, что в случае необходимости в этой одежде бежать будет удобнее, чем в дорогой узкой юбке, которая висела на диване, хотя в городе она и может выглядеть как идиотка. Тем не менее, Джессика решила надеть пижаму, и едва закончила застёгивать пуговицы, как раздался стук в дверь.
Джессика резко обернулась на звук и увидела в проёме Курта – тот был мрачен и выглядел уставшим, чёрные тени залегли под глазами, а щетина стала ещё гуще, чем всегда, и потеряла свой благородный абрис. Джессика грустно улыбнулась краешком губ. Ей невыносимо хотелось подойти и коснуться этой небритой щеки. Прижать голову Курта к своему плечу и прошептать на ухо несколько ободряющих слов.
Теперь было нельзя. Джессика ощущала себя так, как будто её лишили руки.
– Ты собираешься меня убить? – спросила она, наблюдая, как Курт минует холл и проходит в комнату.
– Я ещё не решил.
Слова Богарта должны были обнадёжить, но ни тени радости Джессика не испытала.
– Курт… – сказала она и прокашлялась, когда спазм сдавил горло, – я никогда тебе не врала. Я люблю тебя. Прости, что мы познакомились именно так… но если бы я могла искупить свою вину…
– Ты врала мне, – спокойно произнёс Курт, – ты говорила, что ты игрок. Ты позволяла мне верить во всё, что я о тебе придумал.
– Курт…
– Но сейчас это не имеет значения, – перебил Богарт её попытку возразить. – Сейчас важнее то, что я получил новости из северного особняка. Туда Говард на выходные отправил Кристину.
Джессика снова сглотнула.
– И?.. – поторопила она.
– Поместье было атаковано, хотя эта атака мало похожа по стилю на то, что произошло в Асторе. Там действовал всего один человек. Профессионал.
«Два…» – мысленно поправила его Джессика. Она начинала понимать. Оперативников Дэвид отослал, когда стало ясно, что внедрение идёт по плану. Бетси была мертва. Оставались двое – Дэвид и Келби.
– Ты знаешь, кто это был, – слова Курта звучали как утверждение, и Джессика медленно кивнула.
– Ты тоже это понял, – тихо сказала она.
– Дэвид?
– Да.
На несколько долгих мгновений наступила тишина. Курт подошёл к бару, расположившемуся у стены. Достал с полки бутылку коньяка и плеснул в стакан, но так и не поднёс его к губам – только покрутил в руках.
– Он действительно твой брат? – спросил Курт. На Джессику он не смотрел, но та всё равно не хотела врать – слишком устала.
– Нет, – ответила она. – Я рассказывала тебе о нём, Курт… Мы были с ним… – горло снова сдавил спазм.
– Любовниками, – закончил Курт вместо неё, и Джессика отрывисто кивнула. – Это плохо, Джессика. Для тебя было бы лучше, если бы я не знал.
Джессика молчала. В отличие от Курта, она не могла заставить себя отвести взгляд – впитывала каждое мгновение близости, чувствуя, что они утекают песком сквозь пальцы.
