Ариец Руди Камерариус — тот самый, который научно доказал, что пестик женский половой орган, — ударяется седым виском о каменную мостовую, подскользнувшись на коварной шкурке от салями.
Утомленную горизонтальным передвижением по жесткой занозистой сцене дебютантку, засыпанную цветами, полупьяные и смешливые статисты под пение гимна советских китобоев докантовали до гримуборной и оставили упиваться триумфом прямо на полу.
Прикорнувший среди динамиков, оглохший спросонья главреж чуть не опоздал к раздаче заранее приготовленных лавров.
11 сентября 1977 года открыт астероид под номером 3224, окрещенный «Иркутском».
Бывшая жена режиссера, бывшая примадонна, бывшая страдалица Нина, изнывающая Маша, непокоренная Катерина, полуспустив нерпячью, пропитанную вонючим потом шкуру, налила из заранее припасенной бутылки полный стакан водки.
Отнес на кухню произвольные, тренировочные, хронологические карточки.
Детдомовцы терпеливо ждали на холодном ветру, сдобренном желтой листвой соседней березовой рощи.
События, имена, наобум выдернутые из истории, вернулись через гулкую вытяжку в ноосферу.
Но вот появилась взмыленная директорша на гаревой дорожке и торжественно перенесла долгожданную массовую адаптацию на завтра.
На краю подноса осталась знаковая астероидная «Иркутская».
Нерпенок, растирая синяки на боках, кое-как вполз на расшатанную вековым закулисным сексом оттоманку.
Вернувшись за парту, разложил по датам кассеты с предполагаемыми жертвами рожденного в момент прямой, незапланированной глобальной телетрансляции крушения высокомерных башен.
Приготовил дистанционный пульт — и быстрым шагом в туалет.
К тотальному просмотру (с заполнением карточек) череды трупов и сопутствующих атрибутов приступил незамедлительно после облегчения функционирования почек.
Полуавтоматический бачок примитивно фыркал и внутренне струил, а голубой унитаз с мягкой по ободку, бесшумно закрывающейся крышкой хранил дзен-буддистское молчание.
Поутру, готовясь к наконец-то востребованному ситуацией интеллектуальному катализатору — «Секрету старого мавра», вдруг обнаружил, что генерал, известный потребитель Ассамского чая, забыл про кофемолку.
Пресытившийся таракан рисково протиснулся в незнакомую тесную щель, осторожно перевалил через полосу холодного золота и приступил к методичному исследованию выпукло-полированного континента.
Шкафы открывались натужно, с брезгливым скрипом.
Не проверив убогий стадиончик на возможность ночного минирования (приданные саперы чистили сортир на даче утомленной директорши), детдомовцев заставили поверх одежды натянуть безразмерные майки и построиться в зелено-белое каре.
Среди кастрюль, сковородок, миксеров и прочих аксессуаров цивилизованного питания обнаружилась электропенсионерка, давно не востребованная, но готовая к мелкому, среднему и крупному помолу.
Бизнес-гамадрил, устранив последние чиновничьи препоны тактично-весомой, оригинально упакованной взяткой, следуя к месту грядущего массового усыновления с внушительным кортежем в сопровождении прессы, завернул на приемку загородного коттеджа семейного типа и воспитательного назначения.
Плотно, не оставляя следов от вынужденного обыска, прикрыл дверцы.
Взволнованная мамаша бизнес-гамадрила отчмокала сына и повела осматривать комнаты для ожидаемых новоиспеченных деток: три для мальчиков, три для девочек.
Пальцы нудно затосковали по удаленным ногтям.
Авторитетнейшая комиссия из лучших представителей администрации и ведущих дефектологов, возглавляемая учеником отравившегося грибами члена-корреспондента, после негласного просмотра рекомендовала к массовому усыновлению с трудом отобранную группу из шести кандидатов с возможной благоприятной перспективой.
Отправил в сквозняковую вытяжку астероид «Иркутск», по недоразумению застрявший на всю ночь на краю подноса.
В комнате наемной матери, пока без репортеров, угостился бруснично-яблочным пирогом и одобрил модельные поделки из сосновых шишек.
Секундно прогнав на холостом кофемолку, передвинув допингование на более поздний срок, налил в кружку глубинной байкальской воды из холодильника (пять литровых бутылей на дверце) и — за парту.
Мальчик, шесть лет семь месяцев, с наклонностями к сложно-логическим играм. Отец — коммерсант по металлопрокату, мать — бухгалтер в фирме погибли в авиакатастрофе. Родственники, переписав имущество на себя, избавились от двухлетнего несмысленыша.
Усевшись спиной к мониторному стенду, принялся на свежую голову разбирать многокассетную комбинацию, выстроенную накануне после трассирующего просмотра всех девяти сентябрьских, торжественно сбацанных дней рождения.
В детских комнатах раскритиковал недостаточно апгрейденные компьютеры, списанные из центрального офиса, и устаревшие модели музыкальных центров, подсунутых таможенниками.
