Шкаф без преувеличений представлял собой жалкое зрелище: от правой дверцы осталась нижняя половина, украшенная торчащими острыми щепками, сильно пострадали полки, находящиеся за ней, а левая дверца скособочилась и изогнулась. Вряд ли такое безобразие долго могло оставаться незамеченным мамой. Гоша с Петей о чём-то зашептались, ощупывая створки шкафа, и Ангелина заснула.
И опять ей показалось, что она совсем не спала, когда звон будильника грубо вторгся в её сон. Её подмывало позвонить Учителю прямо из постели, пожаловаться, что она устала и не выспалась, что ночная жизнь — не для неё, но вместо этого она, как в прошлый раз, поплелась в ванную, чтобы плеснуть в лицо ледяной водой. Злыдня пришлось согнать с насиженного места, чтобы при её возвращении кот не переполошил весь дом. Надутый Злыдень отправился устраиваться на ночь на кухонном диванчике, а Гелька утешилась тем, что кошки, в отличие от неё, ночные существа, и прогулка до кухни любимому коту не повредит.
Ровно в час ночи Ангелина влетела в форточку кабинета Бориса Витальевича, обернулась собой и обнаружила, что кабинет пуст. В чём дело? Она покрутилась на месте, не зная, что предпринять. Может, она перепутала время? Гелька полезла в карман за телефоном, но тут дверь распахнулась, впуская стремительно шагающего Полетаева.
— Вы уже здесь? Отлично! Сергей Петрович задерживается, начнём без него. Я обещал вчера проверить ваше знание заклинаний. Вы готовы?
— Как будто… — неуверенно подтвердила Ангелина.
— Хорошо, садитесь. Опишите мне сначала процесс обезвреживания фидера со всеми заклинаниями.
С этим Ангелина справилась. Потом перечислила остальные известные ей заклинания. С закрыванием дыр было сложнее — она накануне благополучно проспала всё время, отведённое ей для самостоятельной работы, поэтому заслужила неодобрение Бориса.
— У вас дома есть компьютер? — подумав, спросил он.
— Да, но он в комнате брата.
— У вас есть возможность им пользоваться?
— Конечно, мне же задают домашние работы по информатике.
— Я дам вам диск. Вы сможете с ним работать и постепенно разберётесь с этой сложной темой. Лучше, если никто о нём не узнает: после работы вынимайте и прячьте его каждый раз, а сохранившуюся информацию — удаляйте. Договорились?
Ангелина кивнула.
— Идёмте со мной. Наденьте халат.
Удивлённая Гелька облачилась в белый халат и вышла следом за врачом. Она так привыкла выходить через форточку, что в больничном коридоре чувствовала себя не уютно. Больница была параллельным замкнутым миром, живущим по своим законам, отличающимся и от повседневной жизни города, и даже от крошечного мирка кабинета Бориса Витальевича.
Они прошли в другое крыло здания, где Ангелина никогда не бывала.
— Я не могу собрать своих пациентов в одном отделении или даже палате — такого места просто не существует. Все они разбросаны по разным отделениям, и их лечат от всевозможных хворей, но причина их болезней одна — фидеры (чаще всего какие-то близкие им люди, даже родные, годами пьющие их энергию). Когда нам удаётся вычислить такие случаи, мы пытаемся найти и обезвредить вампира до того, как пациент вернётся домой. Я выискиваю таких больных на приёмах у других врачей и приглашаю в свой кабинет нетрадиционной медицины для консультации и лечения Соларом. Если не удаётся найти того единственного вредителя (круг общения многих людей очень широк), то лечение становится затяжным и чаще всего бессмысленным. Но бывает и наоборот — фидеры любят проведывать свою жертву.
Врач приоткрыл дверь какой-то палаты.
— Смотрите, здесь лежат три пациента по нашему профилю.
Гелька осторожно вошла в палату. Здесь все спали. Настроившись, она увидела, что от всех кроватей разливается мутноватый свет.
— Этот случай самый тяжёлый, — указал Борис Витальевич на одну из них. — Пациентка записана ко мне аж на послезавтра (родственники долго сомневались, стоит ли обращаться к "экстрасенсу"), завтра не моя смена, а я не могу работать круглосуточно.
Гелька вгляделась: у женщины был порван узел, и какая-то чернота расползалась из центрального резервуара, тоже сочащегося по капле тающим светом.
— Что это чёрное у неё внутри? — прошептала Ангелина.
— Далеко зашедшая болезнь. Идёмте.
— Подождите.
Узел… найти протоки…
Ангелина стояла у самой двери, но боялась подойти поближе, чтобы не разбудить и не напугать женщину.
…соединить входящие… соединить выходящие…
Борис Витальевич предостерегающе положил руку ей на плечо, но поняв, что Ангелина не собирается прекращать, убрал и стал помогать — оплёл длинный конец протоки, когда это не вышло у Ангелины. Для этого ему пришлось подойти к кровати и работать, почти касаясь больной руками. Тогда и Гелька решилась приблизиться. Борис лишь глянул на неё сердито, и оба они стали рассматривать черноту, съедающую жизнь несчастной.
— Хорошо, — сказал, наконец, врач, — я начну вытягивать эту порчу, а вы — вливать осторожно, по мизеру, свою энергию. Не переусердствуйте, у вас её мало. Вытяните руку, теперь откройте протоку… я вам помогу… и начали!
