Что это? Она ощутила явственное покалывание и, приподняв голову, стала выискивать мерзавца, решившего к ней присосаться. И вдруг встретилась взглядом с, пристально разглядывающим её, парнем в первом ряду. Фидер! Она поспешно проверила сидящих рядом — ещё одна шайка! Что же это? Фидеры скупили все места в первых рядах? Ангелина поторопилась затащить Петю в общую кучу танцующих, чтобы цепкие фидерские глаза не липли к ним, а вернувшись погодя, ответить экзекуцией на нападение.
Головокружительный Петин поцелуй в конце танца чуть опять не выбил девочку из колеи. Но теперь она помнила о деле и, ответив на поцелуй, Ангелина лишь тряхнула головой, отгоняя наваждение.
— Я нашла других, — сообщила она Пете и потянула его за руку. — Нужно зайти немного сбоку, а то он поймёт, что с ним делают.
— Кто?
— Фидер — он видел, что я его засекла.
— Будь осторожна!
Вот он! Прозрачные глаза, стрижка ёжиком… шарит глазами по толпе, выискивая жертву. Гелька протиснулась ближе, прячась от компании за Петину спину, и занялась сперва "вампирским" окружением злодея. Всё шло, как по маслу, но в какой-то момент толпа отхлынула от сцены, отбросив от неё Петю, и притиснула её к первому ряду. Скрываться было уже невозможно, и Ангелина решилась заняться парнем вплотную. Но тот, почувствовав воздействие, только глянул в её сторону и, прихватив приятелей, скрылся в толпе. Не получилось…
Гелька плюхнулась на освободившееся место, чтобы избежать давки, и смогла достать давно вибрирующий телефон.
— Где ты? — встревожено кричал в трубку Петя.
— Сижу в первом ряду. Когда толпа схлынет, пойду к центру — мы там ещё не были.
Петя кричал ещё что-то, но расслышать его было невозможно: грянул мощный ор, вдохновлённый очередным шлягером, и Гельке пришлось отключиться. Толпа ринулась к помосту, освободив проход перед рядами, запрыгала и завопила.
Вновь двигаясь вдоль ряда, Ангелина всматривалась в сидящих. Вот они — в центре, смотрят не на сцену, а на публику, не двигаются, как будто, настроенные на одну волну, прислушиваются к чему-то слышному только им. Ну, да! На волну чужой энергии и экстаза. Танцуя, Гелька, стараясь действовать осторожно, интуитивно выбрала первый объект (почувствовавший воздействие фидер может вспугнуть всех остальных).
Её руки пришли в движение, словно маня и притягивая. Первый готов, следующий… и третий… — этот что-то почувствовал, отвлёкся от жертвы, забегал настороженно глазами. Эти глаза! Внезапно мощный свет прожектора ослепил её, отрезав от врага. Её изгибающаяся в танце фигура, окружённая сиянием, появилась на большом экране. Только этого не хватало! Толпа вокруг расступилась почтительным кружком — не скроешься. Оставалось непринуждённо двигаться, танцевать, разделяя славу музыкантов и не обращая внимания на экран, фидеров и весь, следящий за ней, зал.
И в этот момент, к своему ужасу, она почувствовала, что её интроспектируют. Тот фидер! Но как он смог понять, что действовала именно она? И тут она его узнала — это был Белый! И он, без сомнения, её тоже узнал! С ним большая группа — его личная шайка. А она обезвредила только двоих. Луч прожектора, соскользнув с её застывшего лица, вернулся на сцену, а Гелька решилась на отчаянный шаг: обезвредить как можно больше сосущих рядом с главарём "вампиров" до того, как он распорядится смываться.
Он не сразу понял, что она делает, похоже, не ожидая от неё такой самоуверенности, и Ангелина, действуя в темпе, успела обезвредить троих, прежде чем Белый, указав на неё, отдал какой-то приказ. Они сейчас уйдут! — испугалась Гелька и выхватила телефон: она может хотя бы сфотографировать нескольких негодяев. Групповой портрет на стол Учителю! Раз! — сработала вспышка.
И тут она, почувствовав, что слабеет, поняла, какой приказ отдал Белый: они резали её, кромсали своими откупоривающими протоки, заклятиями. Вся шайка бесстрастно тянула её рвущееся наружу голубое сияние. Упав на колени, она подняла телефон. Бах! Белый ударил в неё, сбив с ног. Её отбросило в толпу, телефон куда-то укатился. Вокруг ноги, ноги… — её затопчут, если она не сможет подняться. Кто-то двигался к ней, целенаправленно протискиваясь сквозь толпу. Белый!
Последнее, что она успела сделать — крутануться и взлететь прямо из-под ног, под чей-то визг, и вознестись над толпой (тот, кто её заметил, принял за ещё один световой эффект). Скорее к Борису, к Солару — только они смогут ей помочь! Она кружила по залу, выискивая выход, и её полёт отмечал стелющийся за ней голубоватый свет её истекающей силы. "Нет, — думала Ангелина. — Я не сдамся! Я опять обману смерть!"
