исполнении". Ангелина знала его лишь в лицо — встречала до этого пару раз во дворе: он
приходил к одному "трудному" подростку, который ныне уже вырос и служил в армии,
где, говорят, вполне "нашёл себя".
Представитель власти скороговоркой представился
по званию и фамилии, которые никто не уловил, и приготовился задавать
вопросы.
Голодный журналист, глаза которого сразу приклеились к столу, буркнул, что "он тоже Костик", и начал умащивать свою полупрофессиональную камеру. Спросив на всякий случай, можно ли тут снимать, и получив единодушное громогласное "Не-ет!", он приткнул своё "орудие производства" в углу подоконника рядом с Гошей. Гелька, как бы невзначай обернувшись и заметив глядящий на неё "красный глаз", провела над камерой рукой и, повернувшись, подмигнула Нюсе, ответив пытавшемуся предостеречь её Пете, что "всё в ажуре".
Участковый, спросив для порядка Гелькины данные, приступил к допросу. Присутствующие не скупились на комментарии и всячески расцвечивали колкими хохмами происходящую беседу, не смотря на серьёзный настрой Гешкиных родителей.
Нина Михайловна, к тому же, не забывала подкладывать на тарелки гостей новые порции угощения, которое репортёр поглощал с пугающей быстротой, лишь навостряя уши, когда звучал особенно острый вопрос. Его оттаявшее кашне лезло в рот, и "Костик" то и дело оттягивал его с подбородка, чтобы невзначай не зажевать вместе с холодцом.
Конечно, бедолага рассчитывал на запись со своей камеры, которую ему удалось воткнуть под нужным углом. Правда, Ангелина получалась сидящей к ней спиной, зато лицо полицейского, задающего вопросы, должно было выйти во всей красе. Обратный вариант не получался: высокий холодильник за спиной участкового исключал возможность съёмки с его верхотуры.
— Опишите, пожалуйста, чем вы занимались сегодня с семи утра до настоящего момента, — попросил участковый.
— Ну, встала я поздно (вчера отмечали день рождения Сергея), позавтракала, приготовилась к школе — форму погладила, потом до прихода друзей помогала маме готовить.
— По какому поводу торжество?
— По поводу выписки…
— В честь деструктивной деятельности инопланетных сил! — почти одновременно выдал Гоша, чокаясь бокалом с Янкой, и полицейский глянул на них строго.
— Так, — продолжил участковый, — а вы слышали о происшествии в соседнем дворе?
— Конечно, — удивлённо подняла брови Гелька, — весь город, наверное, слышал.
— Марс атакует… соседний квартал! — встрял Сергей.
— А что ей за это будет? — поинтересовался Гоша, но участковый его вопрос проигнорировал.
— Вы можете пояснить, почему находящиеся в момент взрыва под аркой входа люди, единодушно утверждают, что взрыв совершили вы?
Ангелина, не потрудившись изобразить изумление, сердито подскочила на стуле.
— Наверное, этим молодым людям очень хотелось заработать! Раз на меня устроил охоту весь город, почему бы им не включиться?
— Откуда вы знаете, что пострадавшие — молодые люди?
— Как он её поймал! — не удержался Гоша.
— Пять лет с конфискацией, — присоединился Сергей.
— Я видела сегодня новости, — недовольно пояснила Ангелина.
— Чем же вы объясняете такой всплеск интереса к вам со стороны средств массовой информации?
— А вы у него спросите! — ткнула в журналиста Ангелина. — Типичный представитель этих самых средств!
— Я спрошу, но меня интересует ваше мнение.
— Не знаю, — нахмурилась Гешка. — Когда люди не в состоянии объяснить какие-то необычные явления, они начинают придумывать фантастические теории, и это может привести к массовому психозу, особенно, если будет, кому раздувать, — Ангелина кивнула на репортёра. — Мне кажется, вы должны положить этому конец!
— Мои обязанности не в вашей компетенции.
— Извините.
— О каких необычных явлениях вы говорите?
— Я не настаиваю — я ничего подобного не видела, — отвела взгляд девочка. Она не знала, на что решиться: упорно стоять на своём, противореча многочисленным свидетельствам, или признаться, что тоже видела нечто "этакое" и подстрекнуть ораву наблюдателей в сквере к дальнейшей осаде.
— Какие-нибудь свечения, странные звуки?..
Репортёр с надеждой поднял глаза, но Ангелина отрицательно покачала головой. Тогда он, не отрываясь от тарелки, сунул руку за пазуху и выложил на стол стопку фотографий. Со всех сторон к ним сразу потянулись руки.
— Стоп! — ладонь участкового накрыла стопку, и любопытным пришлось отступить. Гелька нервно постукивала ногой, крепко стиснув Петину руку, пока "полиция" проглядывала снимки.
— Почему вы не сообщили, что у вас имеется такой материал? — строго спросил полицейский журналиста. На что Костик выпучил глаза и взмахнул вилкой, что-то не разборчиво поясняя с набитым ртом.
— Так, — взглянул на Ангелину участковый, сочтя, как видно, пояснения папарацци удовлетворительными, — взгляните, пожалуйста.
Гелька взяла из его рук фотографии со страхом и любопытством. Головы близсидящих тут же сомкнулись над ними. Ангелина глянула на верхнюю и прикрыла в ужасе глаза: на ней в ярко освещённое окно ординаторской вливался едва заметный голубоватый шлейф, словно из форточки свесился, колыхаясь на ветру, легчайший тонкий тюль.
