Поднявшись на четвёртый этаж, Ангелина позвонила в квартиру Костроменко. Дверь открыла Янкина мама. Она была в переднике и вытирала руки кухонным полотенцем. На площадку потёк умопомрачительный запах фирменного костроменковского холодца из свиных ножек. Делался он только к праздникам и съедался моментально. Гелька превозмогла голодный обморок и поздоровалась.
— Здравствуйте, я мама школьной подруги вашей дочери. Я могу поговорить с Яной?
— Да, конечно, — нерешительно отступила в сторону застигнутая врасплох женщина. — А чья вы мама, простите?
— Ой, извините! Я мама Наташи Черновой — она на класс старше вашей дочери.
Гелька специально назваламалознакомую старшеклассницу, потому что родителей одноклассников Ольга Владимировна должна была знать в лицо.
— Проходите, пожалуйста. Яна! К тебе пришли! Что-то случилось?
— Нет-нет, вам абсолютно не о чем беспокоиться! Я на счёт новогоднего сюрприза учителям…
Янка, сонно зевая, вышла из своей комнаты и вытаращила глаза при виде незнакомой женщины. Чтобы не дать тёте Оле что-то заподозрить, Гелька затараторила, торопливо вытирая чистые сапоги о дверной коврик.
— Яночка, я Наташина мама, я зайду к тебе на минуточку?
Подхватив подругу под руку, Ангелина буквально впихнула её в собственную комнату. А за дверью, развернув подругу носом к стене, прошипела на ухо: «Считай до пяти…»
— А-а-а… — начала испуганно блеять Янка, готовая впасть в панику.
— Всё, поворачивайся, — сказала обратившаяся Ангелина уже своим голосом, и Янка, не веря своим ушам, оглянулась и уселась на пол прямо там, где стояла.
— П-п-предупреждать надо, — заикаясь, простонала подруга.
— Успокойся, должна же я была как-то попасть домой.
— Ко мне?
— К себе, дурочка. Я своих миллион лет не видела! А сегодня Новый год, между прочим. Кстати, тебя я тоже очень рада видеть!
Гелька помогла подруге подняться на ноги и, посмеиваясь, обняла.
— Взаимно, — промямлила Янка.
— Приди в себя, подруга! Странно, что газетные сплетни тебя к таким фокусам не подготовили.
— И не говори, — сокрушённо согласилась девчонка и вяло запротестовала, — там не говорили, что полтергейст (ты, то есть) умеет в других людей превращаться…
— Как, думаешь, твой Сэм меня на чердак выманил? Он Петей обернулся.
Ангелина сознательно ткнула подругу в больное место. Ей необходимо было убедиться, что Янкина любовная рана уже зажила, иначе не бывать покоя Гелькиной совести вовеки.
— Хватит меня Сэмом попрекать! Не мой он вовсе! — возмутилась Янка, и с души Ангелины упал тяжёлый груз.
— А знаешь? — возбуждённо подхватила Янка. — Я теперь с Константином встречаюсь!
— С участковым? — изумилась Ангелина.
— С ума сошла? С Костиком — репортёром.
— Что? Это ты с ума сошла! Он обо мне небылицы пишет — как у него только чернила не пересохли!.. А ты с ним встречаешься?
— Это его работа! И не такие уж небылицы… — с намёком произнесла подруга.
— Хочешь, чтобы об этом весь город знал? Хочешь, чтобы меня упрятали в секретную лабораторию для опытов? Хочешь, чтобы меня в тюрьму посадили за Сэма твоего?
— Что ты взъелась? Я с ним гуляю, а не интервью даю на тему: «Ангелина — она такая…»
— Дурочка! Он с тобой встречается, чтобы ко мне подобраться!
— Тебя послушать, так все парни со мной встречаются только, чтобы к тебе подобраться!
Ангелина почувствовала справедливость укола и смолчала, хотя была уверена, что права.
— Прости. Делай, что хочешь, но ради моего спокойствия, попробуй его проверить. Скажи, что я уехала в другой город к родственникам. Из школы меня исключили, дома я не бываю… будет правдоподобно.
— А на самом деле, что ты будешь делать? — преисполнилась сочувствия Янка.
— Не знаю, я только сегодня узнала, что отчислена. Хочу жить, как все, но не получается.
Ангелина вздохнула и поднялась.
— Прости, мне пора к моим.
— Ты будешь ещё появляться?
— Я постараюсь. Давай придумаем пароль, — грустно рассмеялась Гелька. — Если вдруг к тебе заявится совершенно незнакомый человек и скажет: «Не плачь, подруга — тебе привет с Марса!», будешь знать, что это я.
— С чего это я буду плакать?
— Ну, я же появлюсь, чтобы избавить тебя от очередного кавалера.
Ангелина направилась к двери.
— Идём, отвлечёшь маму, чтобы я могла в ванную пробраться.
— Постой! Гелька, а что с той, ну, которой ты была?
— Да всё в порядке. Считай, что я её только сфотографировала. Сейчас эта женщина спокойненько где-то нарезает салаты и ни о чём не догадывается. Так что, не волнуйся. Да, ты придумай для матери, зачем эта дама к тебе приходила. Только на ходу. Идём.
С бьющимся сердцем Ангелина скользнула в вентиляционную шахту. Сколько беспокойства она доставляла своим близким, не считая прямой угрозы их жизням! Этого было не исправить минутным визитом. Не напугать бы их сейчас!
