Она провела кончиками пальцев по краю вазы, бессознательно ища поддержку в твердой кристальной чистоте стекла. Стекло так незамысловато, подумала она. Но если в нем есть серьезный изъян, оно раскалывается. Если же с ним все в порядке, то можно бесконечно смотреть сквозь его совершенную прозрачность…
— Чего ты ждешь от меня, Тед? Зачем ты пришел сюда? — произнесла она. — Я часто говорила тебе, что чувствую по отношению к Алану. Он не обладает необходимыми качествами, чтобы занимать высокий государственный пост, и избиратели должны знать об этом. Я не сожалею о том, что случилось сегодня. Стив Стерн будто в зеркале показал публике, каков Алан Хорн на самом деле.
Тед, опешив, посмотрел на нее. Затем замешательство в его глазах сменилось сначала недоверием, а затем диким гневом.
— О Боже! Так это была ты?! Это ты передала Стиву Стерну всю эту смесь лжи и инсинуаций! Как же я не подумал об этом?!
— Это не было ложью! — в сердцах сказала она, отступив на шаг от разгневанного Теда. — Это правда. Бог мой, неужели ты не видишь, что это правда! Вся военная карьера Алана была запятнана грязью и основана на обмане. Он позволил посадить Джордана Эдгара в тюрьму и после этого имел наглость последние двадцать пять лет хвастаться своими успехами на флоте и тем, что он добровольцем отправился во Вьетнам защищать свою Родину! Алан заслужил то, что случилось сегодня вечером. Он заслужил все это!
— Ты уверена? — жестко спросил Тед. Губы его побелели. — Разве военное патрулирование вдоль побережья Вьетнама было менее опасным для Алана из-за его отношений с Джорданом Эдгаром? Разве он пошел добровольцем защищать свою страну потому, что любил Джордана? Когда Алан записался во флот, откуда ему было знать, что его припишут к тому же кораблю, что и Джордана Эдгара? Он пошел добровольцем служить своей стране из чувства патриотизма и долга! С каких это пор ты взялась судить о моральном облике Алана?
Возмущение Теда было последней каплей. Ида перестала контролировать себя.
— С тех пор, как он пытался убить меня! — закричала она; сухие рыдания сотрясали ее тело. — С тех пор, как он позволил Айку Гутману сгореть дотла и устроил так, что у машины Иды Мэрфи отказали тормоза! И когда он пытался сжечь меня и Пола Хейзена во Флориде! — Сухие рыдания сменились потоком слез. — Думаю, что тогда я и взяла на себя право быть его судьей. И я нисколько не жалею о том, что сделала. Может быть, ты хочешь, чтобы улыбающийся и сладкоголосый убийца стал губернатором Флориды? И, возможно, в свое время попытался попасть в президенты?!
В охватившем ее смятении она могла думать только о самых простых вещах. Ей сейчас хотелось одного: забраться в постель и свернуться калачиком под одеялом. Как назло, Тед стоял в дверях ее спальни. Иде и в голову не пришло обойти его или попросить посторониться. Она просто подошла к нему и застучала кулаками по его груди, ожидая, что он поймет, чего она хочет, и отойдет в сторону.
Вместо этого он стиснул ее руки и, повернувшись, прижал ее спиной к стене между верстаком и окном.
— Элис, ради Бога, успокойся! О чем ты говоришь?!
— Не называй меня Элис! Я не Элис! Нет! Нет! Нет!
Он посмотрел ей прямо в глаза.
— Анализ крови подтвердил, что именно ты и есть Элис. Это одна из причин, почему я пришел. Тебе нужно начать привыкать к тому, что тебя называют Элис, потому что это твое настоящее имя.
Анализ крови! Вот наконец и выплыла на свет та салфетка, которую он украл у нее. Что ж, рано или поздно это должно было произойти. Так или иначе, но у него теперь есть неопровержимое доказательство. Он не имеет права совать свой нос в мои личные дела! — мысленно закричала она, прекрасно сознавая собственную беспомощность.
Дальше Ида действовала бессознательно, не спрашивая себя, почему у нее появилась такая отчаянная потребность ударить его. Она чувствовала обжигающий, всепоглощающий гнев: ведь Тед вынудил ее признать, кем она была на самом деле! Она испытывала невыносимую боль, как если бы кровоточащую рану полили спиртом. Она не могла больше выносить эту боль и выплеснула ее наружу, на Теда, резко направив свое колено ему в пах.
Должно быть, у Теда была прекрасная реакция. Он увернулся, и удар пришелся ему по бедру.
— Я великодушнее тебя, — сказал он, тяжело дыша.
Всем своим весом он прижал ее ноги к стене, лишая ее возможности ударить его еще раз.
— Может быть, решим это дело по-другому?
Вместо ответа она в ярости крепко сжала кулаки и замахнулась, надеясь ударить его в челюсть. Он заломил ей руки над головой и еще сильнее прижал к стене. Его тело касалось ее от груди до колен. И Элис вдруг поняла, что под ее собственной агрессивностью скрывалось просто-напросто неодолимое сексуальное желание. Она коротко вскрикнула, поразившись своему открытию, и Тед сразу успокоился.
