- Для конспирации, - ответил мужчина, посерьезнев. – Еще одно доказательство моего чрезвычайного изобретательского интеллекта.
- Интеллекта? О каком интеллекте может говорить дверь, ведущая в стену? Только о его – интеллекта – отсутствии, извините за откровенность.
- Простите, мадам, вы ошибаетесь. Сейчас объясню. Это немного запутанная история. Вернее, запутанная для непосвященных. Одновременно выдающая мощь моего тройного гения: мыслительного, организаторского и криминального.
Эта дверь – часть грандиозного проекта, задуманного ради осуществления моей давней мечты: убивать массово и не попадаться. Когда в Чикаго собрались устроить первую в истории «Выставку достижений американского хозяйства», я сообразил: выпадает уникальный случай собрать хороший урожай трупов. Крупномасштабная возможность - как раз для маньяка выдающегося уровня. То есть моего.
На выставку съедутся тысячи, если не больше, людей со всей страны, которых трудно проследить в случае исчезновения. Логично: человек приехал ненадолго, пожил в гостинице, потом исчез. Значит – уехал домой. Кому придет в голову его искать? Даже подумать смешно.
Одновременно я собирался извлечь денежную выгоду из проекта - по привычке комбинировать преступные действия. Ведь единственно из любви к убийствам никогда ничего не предпринимал, непременно - с финансовой или другой практической подоплекой. У меня есть кредо: усилия ума должны приносить реальные плоды, а не только краткосрочное удовлетворение для эго.
Так вот. Я рассудил: выставка – исключительный шанс совместить приятное с полезным. Построю гостиницу для гостей города, что принесет хоршую прибыль. Номера в ней сконструирую таким образом, чтобы проще было убивать. Именно в этих пунктах сходились мои материальные пожелания и душевные устремления, ведь всю жизнь я был ведом двумя страстями в одной: жадностью до убийств и денег.
За два года до открытия выставки начал масштабное строительство отеля. Впоследствии его назовут «Замок», что отлично характеризовало как внушительный внешний вид, так и таинственное предназначение комнат. Моя особенная гордость – его внутренняя архитектура, запутанная почище лабиринта, выход из которого знал только я. Двери открывались в стены, коридоры заставляли ходить по кругу, лестницы заводили в тупики. Каждый номер имел второй, замаскированный, вход.
План дьявольского здания-путаницы составил сам, разбил на сектора, полностью никому не показывал. Я нанимал строителей на короткий срок, через две-три недели, придравшись к мелочам, прогонял и нанимал новых. С одной целью – чтобы ни одна живая душа не прознала истинного устройства, предназначения коридоров, трубопроводов, пустых дверей. Чтобы не задавали вопросов, не искали ответов на стороне, тем более – в полиции.
Точного расположения и предназначения номеров «Замка» никто, кроме меня, не знал. Все жилые помещения там имели секреты. Окон не было ни в одном, от каждого я имел второй ключ. К звуконепроницаемым стенам подводились узкие газовые трубы, чтобы незаметно, чаще всего - во сне, я мог удушать клиентов. Предварительно заперев дверь снаружи, естественно.
Там же располагались другие трубы, пошире, замаскированные под вентиляцию. На самом деле – для спуска трупов в подземелье. Регулярно смазывал их маслом, чтобы мертвяки не застревали на поворотах, скользили без задержек.
В пункте назначения их ожидали разделочные столы с набором медицинских инструментов, ванны с кислотой и негашенной известью.
- Прямо-таки конвейер смерти... Но ведь для ваших экспериментов требовалось огромное количество материалов, в промышленных масштабах, - вставила Жаннет. – Как вам удавалось приобретать, не привлекая внимания?
- Очень просто. Вы забываете мою специализацию - фармацевта. Это было удобной отговоркой для покупки всего, связанного с медициной. Для остального я оправдывался нуждами стройки. И несильно кривил душой - вел поистине масштабное строительство.
Не только надземное.
Наряду с верхними этажами, я тщательно продумал и спланировал подвалы. Строго следил за их сооружением. Что было важным: там стояли печи для уничтожения следов. Подобные только что вами увиденной.
Ах, мадам. Вы не представляете, как я был счастлив, когда первые посетители нашли последнее упокоение в моих смертельно гостеприимных, до ужаса комфортабельных апартаментах! Фиеста для души убийцы, алчущего наслаждений от страданий других. Карнавал под названием «Праздник любителя умертвлять».
Год проведения выставки стал моим звездным часом.
Только зарегистрированно пропавших людей в полиции насчитали около двухсот пятидесяти. На самом деле их было гораздо больше. Говорю, как непосредственный участник событий. И ни одно, слышите, ни одно убийство не удалось со мной связать!
