В первый момент Жаннет стало до глубины души обидно: опять обман, ну сколько можно! Во второй момент до смерти испугалась. Сейчас как никогда она стояла в прямом и переносном смысле на пороге гибели.
Теперь, кажется, уж точно не спастись. Надежда даже не пошевелилась возникнуть: что толку надеяться на стопроцентно невозможное! Жаннет запоздало призналась: а ведь прав Холмс насчет собственной неординарности – имеет в высшей степени изощренно-извращенный, прожженно-лживый ум. Повернуть бы его в созидательное русло...
Жаль, что она его таланты сразу не признала. Вслух. Может, похвалила бы, польстила, глядишь – подружилась бы, не довела недоверием до крайности поведения.
Теперь вот он довел ее до крайности. До двери в пропасть. До рокового шага, который Жаннет не желает делать добровольно. Она бы лучше шагнула в противоположном направлении. Однако, обратного хода - нет. Его предусмотрительно отрезал Генри Говард.
Подтолкнув девушку к самой кромке, он вплотную встал за ее спиной, загородив путь к отступлению.
- Вот мы и пришли, мадам.
Жаннет попробовала потянуть время - повозражать напоследок.
Получилось слабо, без внутренней убежденности.
- Как же так? Вы обещали...
- А я и не нарушил. Обещал, что ни волос не упадет, ни капли крови не прольется, и сдержу. Вы умрете элегантно, по-французски - с шиком. Исчезнете без следа. Пропадете в кромешности ночи. Не бойтесь, шагайте смело. У вас было много предшественников. Никто не обижался потом на невежливое поведение персонала или неудовлетворительный сервис во время полета.
Холмс положил руку ей на плечо, собираясь услужливо подтолкнуть.
- Ну, в добрый путь!
- Это я тебя в добрый путь отправлю, убойная душа с маньячными наклонностями! – раздалось сзади снизу и отозвалось гулким этом в высоте.
Вот оно – счастливое Провидение! Жаннет не растерялась, уперлась обеими руками в дверной косяк. Холмс было толкнул ее, получилось несильно – падения не произошло. Он оглянулся посмотреть: кто помешал задумке? Девушка тотчас отскочила от дыры и вжалась в стену.
Отскочила очень вовремя. Тотчас раздался грохот мортиры, три раза, отдельными, глухими взрывами. Бум. Бум. Бум. Холмса расчленило по порядку: сначала в дырку за дверью снесло голову. Потом грудную клетку со спиной. Потом задницу с ногами.
Жаннет не верилось. Спасена! Спросила собственные глаза: откуда помощь подоспела в самый наипоследнейший момент?
За ответом глаза посмотрели на лестницу. Несколькими ступеньками ниже стоял Аль Капоне с дымящимся стволом и радостно улыбался.
- Спасибо... – еле слышно проговорила Жаннет непослушными, дрожащими губами.
- Скорее! Нам надо исчезнуть до того, как он воскреснет, - крикнул возбужденным голосом итальянец и махнул рукой, мол – давай, спускайся.
- Конечно... – И не пошевелилась. Впала в ступор.
Слишком много впечатлений за пару мгновений. От недавнего страха смерти - к теперешней безмерной радости дорога оказалась слишком короткой. Глаза увидели, а мозг разобраться не успел. В сознании не сошлась логическая цепочка. Между ее концами с названиями «верная гибель» и «счастливое спасение» отсутствовал промежуточный кусок «откуда явилось чудесное вмешательство: Свыше, со стороны или лучше не углубляться?».
Чтобы собрать звенья в цепь, требовалось время - проанализировать и поверить, что спасение произошло, а не показалось. Пока голова восполняла логический пробел, девушка не двигалась с места.
Капоне терять время не собирался. Он сунул еще дымившуюся мортиру подмышку, взлетел по ступенькам, схватил свободной рукой Жаннет за талию и испарился в направлении, которое невозможно было проследить.
11.
За время пребывания в Тиффоже Жаннет научилась не удивляться. Благоприобретенную способность проникать сквозь стены любой толщины и древности постройки она теперь воспринимала как должное. Перестала обращать внимания – спаслась и ладно. Куда несут? Неважно. Узнает, когда прибудет. В крепких объятиях гангстера девушка ощущала себя вне опасности. Ну... пока летела.
Хотелось надеяться: с ним она защищена от каннибалического пожирания или вампирического высасывания, в которых Капоне при жизни замечен не был. Может, и после смерти мафиозо не станет убивать ее ради живительной кровушки или только из желания не забывать искусство... Эту слабую искорку девушка не стала раздувать – на основании недавно приобретенного опыта общения с его коллегами.
По той же причине воздержалась от выражения глубокого чувства благодарности за спасение. Каждый новый спаситель имел намерение использовать ее в тех же целях, что и предыдущий. Отсюда вывод: оставить наивность, вспомнить про бдительность, прекратить думать положительно о держателях криминальных рекордов.
