– Значит, вот на что наткнулась Натали, – с горечью проговорил Бакстер.
– Вряд ли она в точности понимала, о чем идет речь, но усердно копала и получила убийственные улики. Бакстер, есть другие женщины, пропавшие, как Тэнди, и, по крайней мере, одна из них была убита вместе с плодом. В конце концов все возвращается к этому. – Ева кивнула на доску с фотографиями убитых. – Именно к этому.
– Похищение женщин на улицах? Похищение их детей?
– Что-то в этом роде. Возможно, эти женщины обращались в агентство «Воскресное дитя», может, даже начали процедуру. В Фонд Баллока поступили платежи. – Это были уже не кусочки мозаики. Перед Евой сложилась полная и законченная картина. – А потом, допустим, женщина отказалась от их услуг, решила сохранить ребенка и уехала. Все эти женщины переехали. Так, может, они почувствовали угрозу, испугались, что на них будут давить, что их будут преследовать, что на них подадут в суд. Их похищают поближе к сроку. Причина понятна.
– Сокращенный срок ожидания конечного продукта, – мрачно кивнул Бакстер.
– А когда продукт доставлен, в женщине уже нет нужды, и от нее избавляются. Это сильно снижает расходы. Поработай с Рорком, найди мне такой случай, когда кто-то заплатил вознаграждение за ребенка, но при этом чтобы затраты были значительно ниже, чем в большинстве случаев.
– Есть.
– Трухарт?
– Лейтенант, Браунберн является членом совета и штатным акушером-гинекологом агентства «Воскресное дитя».
– Пибоди, у агентства есть представительство в Нью-Йорке?
– Только в Европе.
– Значит, тут есть другое агентство из тех, что всплыли в файлах. Они не потащат ее обратно в Англию, когда роды на носу. Они же хотят быть уверены, что ребенок жизнеспособен, что ему ничто не угрожает. Может, в Нью-Джерси или в Коннектикуте… Может быть…
Страшное проклятье сорвалось с ее губ, она одним прыжком переместилась к настольному телефону. Большой дом со слепыми окнами. «Можно смотреть наружу, но нельзя заглянуть внутрь», – пронеслось у нее в голове, пока она лихорадочно набирала номер заместителя окружного прокурора Шер Рио.
«Инкогнито, твою мать».
– Господи, Даллас, сколько раз за один вечер ты собираешься ломать мне кайф? – Рио поправила спутанные светлые волосы. – Мне вот-вот повезет.
– Тебе уже везет куда больше, чем ты думаешь. Мне нужен ордер.
– Я уже добыла тебе твои ордера. И позволь тебе напомнить, ради этих ордеров я многим пожертвовала.
– Мне нужен ордер на обыск и изъятие в резиденции Баллок на Ист-Энд-авеню. Все содержимое.
– Да? Это все? – Чуть заметный южный акцент в голосе Рио стал сладким, как мед.
– У меня есть основания полагать, что они удерживают в доме женщину против ее воли. Беременную женщину на сносях, чья жизнь оборвется, как только она родит, если мы не доберемся до нее раньше. Если же ее содержат в другом месте, мне нужен ордер на обыск здания ради улик, указывающих на ее местонахождение.
– Даллас, они убийцы или похитители?
– Одно привело к другому. Рио, эта женщина пропала в четверг. Возможно, я уже опоздала. Не заставляй меня опаздывать еще больше.
– Мне нужно нечто большее, чем «у меня есть основания полагать», Даллас. Мне пришлось танцевать чечетку, чтобы выбить для тебя принудительную сдачу анализа на ДНК. Если я буду выбивать ордер по новому обвинению, адвокаты завопят, что мы терроризируем их клиентов.
– У меня времени нет… – Ева тяжело вздохнула. – Я дам тебе Пибоди, она изложит суть. А я буду готовить операцию, Рио. С ордером или без ордера. Начало через час.
– Я нашел схему, лейтенант, – сказал Рорк. – Не менее десяти детей размещено за год. Новорожденные, за гонорар, четырьмя взносами. Шестьдесят пять усыновлений за последние восемь лет, общий доход – шестьдесят пять миллионов евро.
– Я получаю ордер на обыск дома на Ист-Энд-авеню. Думаю, они держат там Тэнди. Бакстер?
– У меня тут суперклассные электронные игрушки, – сказал он, не отрывая глаз от экрана. – Нашел шестерых из шестидесяти пяти, где расходы заметно ниже, чем в других случаях, и есть один случай, когда деньги за покупку были возвращены назад. Джонс Эмили, Мидлсекс и Лондон, Англия.
– Макнаб?
– Это имя значится как расходная статья в том единственном случае, где за вычетом медицинских расходов был возвращен гонорар, – отозвался Макнаб. – И знаешь, что еще, Даллас? Тэнди тоже здесь числится. – Он оглянулся на нее. – Единственная выплата, сделанная ей в мае прошлого года, отмечена как полностью возвращенная в начале июня.
– Она передумала и вернула деньги. Но это ее не спасло. Мы идем за ней.
Ева набросала у себя в кабинете приблизительный чертеж дома, каким он ей запомнился.
