Во-вторых, Илья сообщал, что договорился с владельцами бильярдного клуба о выгодном контракте. Настолько выгодном, что Сергею обломится аж пятьсот долларов. Рожица в конце текста недвусмысленно показывала, что сам Илья считает это предложение очень выгодным и не сомневается: программист Нерон счастлив получить подобное предложение.
Еще вчера Сергей и впрямь порадовался бы такому гонорару, но в свете разговора с Галиной радости не случилось. Напротив, пополз по углам сознания зловещий болотный туман сомнений: сколько на самом деле урвет друг Илья?
От таких мыслей скисли остатки настроения. Захотелось запустить тяжелым в монитор, сделать пару затяжек ядреного ганджибаса или подраться.
Монитор еще мог пригодиться, травы не имелось, а вот с драками не было никаких проблем. Запустив руку в ящик с дисками, Сергей извлек на свет старый добрый Unreal и пихнул его в дисковод. Через три минуты он уже яростно мочил врагов из десяти видов фантастического оружия, окруженный грохотом виртуальных выстрелов, грамотно подчеркнутым мощным сабвуфером.
Коварные враги подло стреляли из-за углов, вероломно сбрасывали на голову Нерону полупрозрачные капли супервзрывчатки и фугасы, но неизменно получали отпор и разлетались кровавыми кляксами или падали навзничь, напоминая в своих бронежилетах дохлых черепах. Пятнадцать электронных юнитов стреляли, орали и гибли в марсианских лабиринтах, а шестнадцатый, виртуозно управляемый живым человеком, носился в этом аду, убивая и добивая раненных, паля без разбору и подбирая боеприпасы.
Из-за этого грохота Сергей не сразу услышал звонок в прихожей.
Звонки в дверь для Сергея редкость. Гости — редкость. По большей части он общается с миром через глобальную сеть. После колоритного расставания с Лилей он вполне мог рассчитывать, что не услышит трели звонка вовсе.
Открывать не хотелось, но глупо было делать вид, что тебя нет, если создал такой шум. Кстати, за дверью могут стоять соседи, натурально обеспокоенные этим грохотом.
За дверью оказались не соседи. На пороге стоял высокий парень в бейсболке с завидно длинным козырьком. Сергей долго и безуспешно искал такой третье лето подряд, но на Руси продаются отчего-то исключительно обрубки, скроенные, надо полагать, по лекалам, сохранившимся от производства фуражек и кепок.
От козырька Сергей опустил взгляд на протянутую вперед руку парня. Рука не искала рукопожатия, держала коробочку с диском.
— Это от Витька, — сообщил парень лаконично.
— И что тут? — подобная краткость Сергея не устраивала.
Парень криво усмехнулся.
— Телки. Тридцать две телки, сто восемнадцать фоток.
— Это все? — Сергей нехотя взял диск. Спросил он просто так, слабо надеясь, что парень протянет вторую руку с зажатыми в ней деньгами. Было бы забавно откупиться от Ирины деньгами, полученными от Витька.
— Он просил передать, что завтра к вечеру все должно быть на сайте, — сказал посланник и, сочтя свою миссию выполненной, ушел.
Сергей мысленно выпустил в спину посланца длинную очередь из лазерного пулемета и шлепнул пару термоядерных гранат.
— Нельзя не отметить, — бормотал он себе под нос, закрывая дверь, — что дерьмо имеет удивительное свойство затягивать. Вот я утоп уже примерно по пояс. Сначала эти олухи общались с Ильей, потом их главный заявился ко мне, а теперь — рулезный прогресс! — прибегает какая-то шестерка и передает высочайшее указание приготовить все «к завтраму». Качусь по социальной лестнице прямо к двери черного хода…
Самое скверное, что и сделать-то ничего нельзя. Еще пару дней назад можно было бы привстать на дыбы, но теперь, когда над головой маячит не меч даже, а целая атомная бомба, возникать по адресу Витька совсем ни к чему. Скверно, скверно складывается судьба хорошего человека Сергея Неровкина.
Врач с самого начала смотрел на пациента без участия во взоре, а изучив рентгеновский снимок и какие-то данные, снятые допотопными приборами с головы и рук Сергея, перешел на тон почти брезгливый.
— Могу вас огорчить, молодой человек, — сообщил он, сваливая все данные в кучку на столе. — Ни бюллетенем, ни иными отводами по состоянию и не пахнет.
