Могут ли вообще родители иметь тайны от нас или друг от друга? Они сказали бы, что точно имеют на это право. Но попробуй что-то скрыть от них, и тут же попадёшь в неприятности! Вот я сейчас держала в секрете что-то действительно ужасающее: то, о чём побыстрее хотелось забыть. Я не могла освободить пленников с завода. Хезер это знала, её отец это знал, и те два громилы, что бежали за нами, наверняка тоже были в курсе.
Я уже и не пыталась восстановить цепочку событий и понять, в какой момент всё так закрутилось. Ведь началось всё не с завода, а гораздо раньше: как только мы собрали вещи и сели в машину. Подумать только, ведь прошла всего пара недель с того момента!
Выбравшись из своей постели, я ещё раз бросила взгляд на фотографию, где мама и Шерон Андервуд, облачённые в белые халаты, беззаботно улыбались. Неожиданно в голову пришла мысль: где-то среди маминых вещей, которые отец забрал с собой, был и её личный дневник. И только один человек мог знать, где он лежит.
Я быстро сбежала по лестнице, надеясь, что отец хотя бы по воскресеньям бывает дома. Каково же было моё удивление, когда я нашла его, сидящим за кухонным столом! Рядом никакого ноутбука и рабочих записей – только кружка остывшего чая. Обхватив её ладонями, отец смотрел в окно на неухоженный задний двор: единственным плюсом этой вытянутой в длину и крайне узкой кухни были окна, выходящие на обе стороны дома.
– Доброе утро, пап.
Он вздрогнул от звука моего голоса и резко повернул голову. Папа всё ещё выглядел очень уставшим: круги под глазами стали только темнее, а руки теперь немного подрагивали, как если бы он был алкоголиком в завязке. К счастью, хотя бы эта участь его миновала.
– Привет, милая. – Улыбка придала немного живости его изможденному лицу. – Ты сегодня рано!
– Рано легла. – Я заняла стул рядом с отцом. – Пап, а ты случайно не знаешь, где мамин блокнот?
– Он вместе с остальными вещами должен лежать в коробке где-то в гардеробной. А зачем он тебе?
– Мне нужно… – Я запнулась, пришлось придумывать на ходу. – Посмотреть рецепт её черничного тарта. Помнится, она говорила, что записывает все любимые рецепты в свой блокнот.
И хотя я наизусть знала рецепт пирога, который никогда особо не нравился мне, ложь вышла убедительной: отец с понимающим видом покивал головой. Кажется, на секунду он и вовсе стал похож на здорового и счастливого человека, вспомнив про любимый пирог своей жены.
– Я бы не отказался от кусочка.
Стало понятно, что теперь мне придётся приготовить этот пирог. Но разве это не ничтожная цена за возможность быть посвящённой в мамины тайны?
На поиски коробки с надписью «вещи из дома» ушло меньше пяти минут. Вещи из дома. И кому в голову пришло написать такое? В коробке были мамины украшения, её любимая кепка с логотипом научного центра, в которой она ходила на все пикники, и ещё много мелочей, которые были ценны скорее для нас, а не для неё. Среди всего этого я без труда нашла блокнот в толстом кожаном переплете. Его страницы потрепались, а внутрь были вклеены яркие стикеры с заметками. На первой же странице я прочла пометку, написанную торопливым маминым почерком:
«Мд03_4 разбавитель на 1.3 %»
Скорее всего, это было связано с её работой. Она редко делилась подробностями разработки вакцин. Собственно говоря, ей нечасто приходилось заниматься такими масштабными разработками. Отец гораздо больше был вовлечен в этот процесс и даже был одним из создателей вакцины от недавнего штамма гриппа, который поразил африканский континент.
Я стала листать блокнот дальше. Мама не слишком хорошо структурировала свои записи, поэтому было сложно понять, к чему относились её заметки. На одной из страниц, например, я нашла дату финала школьного чемпионата по шахматам, в котором я одержала победу. Здесь же, внизу, была написана какая-то сложная формула, и я даже не стала пытаться расшифровать её.
– Эй, что ты тут делаешь? – Брат возник из ниоткуда.
– О, привет, Астор. Я тут… читаю!
– Ты читаешь мамин дневник?!
– Я… Ищу рецепт черничного пирога!
– Ты собираешься приготовить его? – Астор просиял. – Это так здорово! Ты лучшая, Эванс!
Не успела я и глазом моргнуть, как Астор исчез. Я тряхнула головой: хотела убедиться, что это не наваждение. Но нет, кажется, всё было на самом деле: ступеньки заскрипели, когда брат поднимался в свою комнату. Я тяжко вздохнула, понимая, что всё-таки придётся готовить пирог: если папе ещё можно было сказать, что сегодня ничего не выйдет, то Астор от меня всё равно не отстанет.
Я вновь пролистала страницы в блокноте. Но никакой полезной информации не было. Не знаю, на что я надеялась… Может, думала, что мама записала адрес или номер телефона Шерон Андервуд где-то на страницах своего рабочего блокнота. Жаль, что такой полезной привычки у мамы не водилось. Но на всякий случай я всё же забрала блокнот и спрятала его в своей комнате.
