— Вождь — слишком громко сказано. Я действительно помогал Риарту, и после его гибели братья по ордену сочли меня достойным руководить. Теперь я помогаю отстаивать права тех, кого притесняют альсунгские двуры, солдаты или сборщики податей. Все восстания и бунты против них в деревнях — дело наших рук, леди Уна. Как и тайная переправа оружия по Реке Забвения — для всех, кто захочет встать на нашу сторону. И подброшенные письма. И первые схватки на границе, на перевалах в Старых горах — мы устроили их весной, чтобы припугнуть Хавальда, но наместник скрыл всё от огласки…
— И убийства приезжих двуров, и скандал с сорванными знамёнами на башнях Академии и в казармах стражи? — Уна натянуто улыбнулась, припоминая слухи и наделавшие шума события последних двух лет. — Вы опаснее, чем я думала, лорд Иггит.
— Мы убиваем только тех, кто этого заслуживает, миледи. Только несущих в наши земли жестокость и беспредел.
А наместник, наверное, точно таким же вершителем справедливости считает себя… Уна не стала говорить это вслух.
— Всё это, полагаю, не обошлось без жертв. Помимо лорда Риарта, конечно.
Лорд Иггит набычился — склонил громоздкую голову так угрожающе, что Уна отпрянула.
— О да, миледи. Война есть война, а то, что происходит, наш орден считает как раз войной, пусть и без крупных битв. В стычках на перевалах погибло три десятка наших воинов из горожан и крестьян, в том числе, — он махнул рукой на юного мальчика, — двое братьев Ренни… Моя семья и семья Каннерти потеряли нескольких рыцарей, которые когда-то присягнули нам на верность. Они жили в наших замках, ели за нашими столами — и пали от рук прислужников наместника.
— Ты забыл про Элготи, — мрачно добавил ещё один «коронник» — с жидкой бородкой, в рубахе, покрытой тёмно-красными пятнами от вина. Он походил на ремесленника и торговца, но сжимал рукоять короткого меча с отчаянной самоуверенностью.
Уна задумалась: а тренируют ли хотя бы простолюдинов эти борцы за свободу — перед тем, как отправлять их в драку с альсунгцами, которые учат мальчиков обращаться с оружием, едва те сделают первые шаги? Да ведь любое из их предприятий — перехват писем, тайное убийство двура, переправа оружия — требует опыта и подготовки. Должной защиты, по крайней мере. Их горстка противостоит морю рыцарей и простых воинов, которые верно служат Альсунгу; как ни крути, в Ти'арге они останутся большинством. Несмотря на ворохи подброшенных писем с воззваниями и короной… Король Хавальд приучил чужеземных подданных к уважению и страху — ничуть не хуже своей предшественницы.
По всё ещё бледному, осунувшемуся лицу Шун-Ди Уна видела, что его одолевают те же мысли. Миншиец перебирал чётки и поглядывал на бунтовщиков с таким видом, будто его слегка мутит.
Всё-таки непонятно, как он решился пойти против Светлейшего Совета и законов Минши. Неужели причина исключительно в Лисе?
— Элготи, — повторила Уна. — Лорды Элготи нам писали, но письма… — она осеклась: Иггиту Р'тали незачем знать об их разногласиях — а тем более о разрыве — с матерью. Разрыве. Разозлившись на себя, Уна тряхнула головой, и Иней возмущённо пискнул. — …До меня не дошли. Что случилось?
— Пару дней назад Нивгорт Элготи, из первых сподвижников Риарта, был убит в Меертоне. Мы не знаем, кто это сделал, но приказ однозначно исходил от наместника. Убийца был жесток, как безумец, — басовито выдохнул лорд Иггит. Лис отчего-то напрягся, прекратив пинать волны.
— Почему? — вкрадчиво спросил он. — Если Вы желаете избавить девицу от ужасающих подробностей, милорд, мы поймём, но…
За лорда Иггита ответил рыцарь в шлямах.
— Нивгорта почти на куски разорвали, — мужчина поморщился и с гадливостью плюнул в гальку. — Выпустили кишки и всё прочее. А хватило бы кинжала в живот или в горло — ну или совсем просто: камнем по затылку. Он и кольчугу-то не носил никогда… Мы не творили такого с теми подонками-двурами. Неравноценная месть.
Лорд Ривэн вздохнул и сжал Уне локоть. Она медленно покачала головой: всё в порядке. Лис выслушал рыцаря очень внимательно — а потом потянулся с бескостной гибкостью, вывернув длинные пальцы.
— И что говорят те, кто видел тело?
— Что поработал какой-то зверь, а не человек, — сказал лорд Иггит. — Лично я думаю, что наместник просто нашёл себе подходящего наёмника — кого-то без совести и границ. Может, обратился к кезоррианцам… Если его не покарают боги, покараем мы, — он скрипнул зубами: Уна удивилась, но отчётливо слышала звук. — Нивгорт не заслужил такого.
Лис ничего не ответил: задумался, глядя на горизонт. Волны — местами высотой в локоть — словно повторяли узор жёлтой нитью на его менестрельской рубашке с пышными рукавами. Хоть что-то роднит его с лордом Ривэном: сорочье пристрастие ко всему яркому.
Иней взлетел и завис где-то над головой Уны — решил размяться. Она плотнее запахнула плащ, скрестив руки на груди.
